Муж, которого я забыла (СИ)

Когда с рукой покончено, врачи снимают бронежилет, и я судорожно втягиваю воздух с шипящим свистом. В районе солнечного сплетения расплылся тёмно-фиолетовый синяк.

— Что это? — Спрашиваю я, обращаясь к пожилому мужчине.

— В месте удара пули возник кровоподтёк.

— Если бы не жилет, он бы умер?

— Вполне вероятно, — пожимает он плечами.

— Откуда у него бронежилет? — Тихо спрашиваю я. — А пистолет?

Мужчина тяжело вздыхает.

— Ну он же знал, куда едет.

— Знал? — Переспрашиваю, резко теряя интерес.

Мне не нравится ничего из происходящего.

Я обращаю всё внимание на Дениса. Он разминает место вокруг синяка, слушая наставления врача.

— Пожалуй, откажусь, — хмыкает он.

— Не дури, соколик. — Напрягается мужчина рядом со мной. — Тебе требуется госпитализация.

— Нет, Олег Владимирович, — хмуро бросает Денис. — Я в норме. При всём уважении, я не нуждаюсь в лечении и меня ничего не беспокоит. В плане здоровья — ничего.

Он выразительно смотрит на мужчину, а потом переводит взгляд на меня. Я растерянно смотрю в ответ.

— Денис?.. Ты уверен? Выглядит жутко…

— Луковка, — выдыхает он. — Лукерья, со мной всё в порядке.

Ему помогают подняться на ноги, и он бледнеет. Я понимаю, что ему больно. Вот же упрямец! Зачем отказываться от госпитализации?

— Как ты, Акманчик? — Спрашивает один из мужчин. — Крепко досталось? Ты, конечно, Тихомирову в десяточку пробил. Не зря нормы часов выстреливал в учебке.

Мужчина смеётся, но Денис не улыбается в ответ.

— Ступай, Лёха, — тихо просит он. — Потом поболтаем.

— Как скажешь, майор, — усмехается тот и смотрит на меня.

— Здравствуйте, — киваю я, и он уходит.

Пожилой мужчина смотрит то на меня, то на Акманова. При нём я не хочу задавать каких-либо вопросов. А он не торопится оставлять нас наедине.

— Собственно, можно ехать в управление, — констатирует он. — Чего тянуть, да, Акманов?

— Конечно, полковник, — скрипит зубами мой муж. — Давайте уже покончим с этим делом."

"Пошатываясь, он проходит мимо меня, даже не взглянув.

Вот и всё.

Теперь, кажется, до меня всё дошло и устаканилось. И я проглатываю горький ком сожалений и заставляю себя пойти следом за ним.

48

Всю дорогу я тихо сижу на заднем сиденье автомобиля. За рулём — пожилой мужчина, который задаёт Акманову, сидящему справа, вопросы.

Я не слушаю их разговор. Смотрю в окно. И не понимаю, что мне делать дальше. Правда обрушивается на меня, и я потеряна. Все слова, что я слышала за последние четыре месяца вдруг приобретают смысл.