Мурашка для Медведя

– За что, Сергей Геннадьевич? – возмущённо взревел я и, взъерошив непослушные патлы, поделился: – Я там только зацепку нащупал, и записи с камер, которые якобы не работали, нашёл. Только официальный запрос подать и…

– Михаил, ты меня плохо услышал? – прищурившись, прошипел босс и, выдержав паузу, пророкотал: – Ты в этом клубе прописался, что ли? Тебя отправили опросить персонал, а не подельников вычислять.

– Но там же явно всё белыми нитками шито, – нахмурившись, возразил я, тут же добавив: – Там один тип отирался… Если бы вы не дёргали меня по пустякам, я бы взял этого гада.

– Разговор окончен, – отрезал он и, швырнув через весь в мою сторону стол пластиковый файл, скомандовал: – Вот, ознакомься. Это твоё новое задание. Выезжаешь завтра утром.

– Машка Ромашкина, – пробежав глазами по первым строчкам досье, усмехнулся я и, выцепив из слов Давыдова иную информацию, вскинул взгляд, настороженно уточняя: – В смысле выезжаю? Куда выезжаю?

– Локация и детали в папке, – терпеливо буркнул он.

– Бурано… Чего? Это где вообще? – даже не дочитав название пункта назначения, заканючил я и, отшвырнув папку, заворчал: – Да вы издеваетесь?

– Не ной, – огрызнулся Сергей Геннадьевич и, нахмурившись, заворчал: – Нет, чтобы поблагодарить, ещё и нос воротишь. Это ж разве задание? Считай, в длительный отпуск отправляю.

– И что мне там делать, кроме контроля за этой Машкой-Ромашкой?"

"– Изображай полицейского, может получится, – язвительно проворчал Давыдов и, кивнув на папку, добавил: – Деревня небольшая, но там и пьяни, и драк, и краж хватает.

– Что за особа, что ей персональный охранник понадобился? – настороженно уточнил я.

– Отсиживается она там, а остальное не твоя забота, – огрызнулся Давыдов и, снова кивнув на папку, напомнил: – Там всё написано.

– За что? – обречённо выдохнул я и, закатив глаза, проворчал: – За отца мстите?

– За языком следи, щенок, – пророкотал побагровевший босс и, ослабив узел галстука, пропыхтел: – Это дела прошлого, и они тебя никаким образом не касаются.

– Что-то незаметно, – прищурившись, проурчал я.