Муссон

Подбросил ее в воздух.

Монета блеснула, вращаясь, и Том поймал ее и протянул на ладони Мэри, чтобы посмотрела.

— Целый серебряный шестипенсовик, и все тебе."

"Мэри снова покачала головой и потянула ленту корсета.

— Шиллинг, — сказала она, и корсет раскрылся на дюйм.

Оба мальчика смотрели на открывшуюся серебристую кожу: она резко отличалась от загорелых веснушчатых плеч.

— Шиллинг, или до свиданья. — И она с деланным равнодушием пожала плечами.

При этом движении одна ее грудь наполовину вывалилась из платья, скрытым остался только выпуклый сосок, но из-под блузы выглядывал его рубиновый ореол.

— Язык проглотили? — насмешливо спросила Мэри. — Думаю, здесь мне нечего ловить. — И она повернулась к лестнице, взметнув юбки так, что мелькнул округлый зад.

— Подожди! — сдавленно позвал Том. — Пусть будет шиллинг, Мэри, красавица.

— Сперва покажи, мастер Том. — Она бросила взгляд через веснушчатое плечо.

Он лихорадочно рылся в кошельке.

— Вот, Мэри. — Том достал монету, и Мэри медленно подошла к нему, покачивая бедрами, как плимутская портовая девка.

Она взяла монету из его пальцев.

— Ты считаешь меня красивой, мастер Том?

— Ты самая красивая девушка во всей Англии, — ответил Том, абсолютно искренне. Он потянулся к ее большой круглой груди, которая полностью показалась из-под корсета.

Мэри хихикнула и шлепнула его по руке.

— А как же мастер Гай? — Она посмотрела мимо Тома. — Тебе ведь впервой, мастер Гай?

Гай с трудом сглотнул, но не сумел сказать ни слова.

— Это у него в первый раз, — подтвердил Том. — Начинай с него. А я потом.

Мэри подошла к Гаю и взяла его за руку.

— Не бойся. — Она улыбнулась, стрельнув глазами. — Больно не будет. — И повела его в глубину склепа.

Мэри тесно прижалась к Гаю, и он ощутил ее запах. Вероятно, Мэри не мылась целый месяц, и от нее сильно пахло кухней, где она работала, свиным жиром и древесным дымом, потом, как от лошади, и раками, которые варятся в кипятке.

Гай почувствовал, что его вот-вот вырвет.

— Нет! — выпалил он и вырвал руку. Я не стану. Не могу… — Он был готов расплакаться. — Иди первый, Том.

— Но я позвал ее для тебя, — хрипло произнес Том. — Когда поймешь, как это приятно, с ума по ней будешь сходить.

— Пожалуйста, Том, не заставляй меня. — Голос его дрожал, Гай в отчаянии бросил взгляд в сторону лестницы. — Я хочу домой. Отец узнает.

— Я уже отдал ей шиллинг, — попытался урезонить его Том. — Деньги пропадут зря.