Мумия блондинки

— Вы хорошая актриса? — неожиданно спросил Мейсон.

— Понятия не имею, а что?

— Если я сейчас отнесу эти ключи в полицию, это вызовет массу подозрений. Никто не поверит, что вы просто забыли о них. Предположим теперь, что вы даете показания в суде и рассказываете все с самого начала. Я спрашиваю вас, что вы сделали с ключами зажигания. Вы пытаетесь вспомнить, напрягаете память, потом открываете сумочку и перед носом всех присутствующих достаете оттуда кольцо с ключами. Ну как?

— Не знаю... Во всяком случае, я могу попытаться.

— Только помните: это должно выглядеть совершенно естественно. Вернемся к человеку за рулем. Можете вы припомнить что-нибудь еще?

— Нет.

— Этот смокинг...— задумчиво размышлял Мейсон.— Он не упомянул, по какому случаю так нарядился.

— Нет.

— А между тем это, несомненно, важно.

— Я вас не понимаю. Многие носят смокинги.

— Попробуйте остановить первые пять тысяч машин, проезжающих по автостраде в десять вечера, и посмотрите, сколько человек будут одеты в смокинги.

Глаза девушки почти скрылись под густыми ресницами.

— Да-а-а...— медленно протянула она.— Теперь понимаю. Это, действительно, странно.

— В этом-то все и дело,— продолжал Перри.— Это ключ к разгадке любого преступления. Вы отмечаете нечто необычное и, беря это за основу своих умозаключений, переходите от общих положений к определенным частным выводам.

Адвокат помолчал, размышляя о чем-то, затем вернулся к прерванному разговору.

— Вы выехали из Бекерсфилда часов в десять, не так ли?

— Да.

— И вы думаете, этот человек приехал в Бекерсфилд из какого-нибудь места, расположенного севернее?

— Я вовсе не уверена в этом. Я просто не заметила, откуда появилась его машина. Ведь автострада делает там поворот.

— Был в машине какой-нибудь багаж?

— Я не заметила, но ведь багаж мог быть и сзади.

— Не думаю. Вряд ли он успел бы взять его оттуда после катастрофы.

— Пожалуй, вы правы.

— Были ли у него кольца на руках?

— Да. На правой руке — бриллиантовый перстень.

— Значит, он был без перчаток?

— Да.

В дверь постучали. Стефания поморщилась, но тотчас же откликнулась:

— Войдите.

Макс Олджер открыл дверь. Молодой человек робко жался сзади.

— Входите же, Джек,— обратилась к нему девушка,- -я не кусаюсь.

Тот нерешительно приблизился к постели. Голос молодого человека, когда он заговорил, прерывался от волнения.