Мрачный Взвод. Моровое поветрие

Дружинники попытались их остановить, заприметив незнакомые лица, но Лука растолкал их плечами, рявкнул, что он друг царя, и дальше побежал. Ораз и Даная едва поспевали за ним, а когда отстали окончательно, Лука обернулся и крикнул:

– Ждите здесь! Если кто-то спрашивать будет, говорите, что вы с охотниками!

Ноги сами несли его к покоям Владлена. Хотелось бы ему слышать, как колотится от волнения сердце, но тихо было внутри, лишь ладони потели.

Он вошел, закрыл за собой дверь, подошел к постели. По подушкам золотые локоны разметались, Владлен крепко спал, его грудь мерно вздымалась.

Лука встал на колени и, собравшись с духом, легко коснулся его плеча.

Владлен вздрогнул и открыл глаза, уставился на него. Не проснувшийся до конца, он выглядел беззащитным и растерянным.

– Ты чего? – хрипло спросил Владлен. – Вернулся уже? А я, знаешь, полночи ждал, что тебя ко мне приведет твое волкодлачье сердце.

Губы Луки задрожали, растянулись в горькой улыбке.

– Владлен, – тихо сказал он, – у меня больше нет сердца.

Глава 22. Владлен

Они стояли у крыльца покосившейся избы и молчали. Угрюмые волкодлаки топтались поодаль. Лука сложил руки на груди и смотрел под ноги. Он не выглядел как человек без сердца, но Владлен был уверен: в его груди пусто.

Все утро он прикладывал ухо и так и этак, колотил Луку кулаками, орал во все горло, потом выдохся, собрался с силами и велел ему выметаться из опочивальни. Ныгмет верно сказала: им следовало убедиться в том, что люди погибали именно из-за кражи сердца, прежде чем делать выводы.

Давно не жгли погребальных костров: горожане больше не умирали толпами. Им пришлось обойти почти каждый дом в Яриловом граде, прежде чем удалось найти покойника, преставившегося два дня назад. Вот только семья не хотела отдавать тело, пришлось соврать, что царский лекарь пытается лекарство от хвори сотворить, потому и нужно ему осмотреть умершего.

– Ты молчалив сегодня, – бросил Лука.

– Уж прости, что нет у меня желания скоморошничать, – огрызнулся Владлен.

– Так рычишь на меня, будто я сам сердце кому-то отдал.

Владлен злился на весь белый свет, что правда, то правда. И на Луку, и на себя, и, конечно, на ведьму. Если слова Ныгмет подтвердятся, если это Чеслава сердца крала…

Ладонь сама собой на рукоять меча легла.

– Ну, забирайте, раз так нужно.

Они вытащили завернутое в полотнище тело, Ораз и Даная погрузили его в повозку и сами в нее залезли. Лука устроился на облучке, Владлену пришлось сесть рядом.

От гнева его трясло.