Мрачный Взвод. Моровое поветрие

Черт попытался за сарафан ухватиться, но Чеслава шикнула на него, показав зубы. Тот тоже оскалился, ощетинился, за спиной его хвост появился.

– В печь засуну и глазом не моргну, – прошипела Чеслава.

Ярина высвободила край сарафана из пальцев черта, подошла к Голубе. Ведьма и так на нее смотрела, и этак, то один глаз прикрывала, то другой. Кивнула, будто мысленно сама с собой согласилась, и достала из-за пазухи чудного вида палочку: не шибко длинную, с узловатыми наростами.

– Возьми, – вкрадчиво произнесла Голуба.

Ярина потянулась за палочкой, хоть и не понимала, что задумала ведьма. Черт за спиной зашипел, Чеслава снова пригрозила ему печью.

На душе стало худо, Ярина замешкалась. Сама не знала, кому верить: ведьмам или черту. С какой стороны ни посмотри, каждый обмануть мог. Ведьмы – чтобы заставить ее общей цели служить, черт – просто из вредности.

Она все-таки приняла палочку – и ей тут же поплохело. Баня перед глазами закружилась, лица ведьм слились в одно. В ушах зазвенело, ноги онемели. Кто-то подхватил ее под руки, помог устоять, она с благодарностью на грудь теплую откинулась, а когда глаза открыла, поняла, что помощником черт оказался.

– Говорил же, не бери ничего, – сквозь зубы прошипел он.

– Бузина, – хихикнула Голуба.

Ярина сглотнула горькую слюну, посмотрела на палочку и задрожала. Неспроста бузину деревом смерти называли, а ее ягоды – чертовым глазом.

– Теперь ты одна из нас, – строго сказала Душица. – И в следующий раз полетишь в Ярилов град вместе с нами.

– Но я же ничего такого не сделала… – пробормотала Ярина.

– Взяла бузину из рук знающей – этого достаточно, – в словах Голубы сквозило самодовольство. – Вы долго ее оберегали, могли давно просто всучить ей ветку.

– Могли, не могли… – пробормотала Душица. – Время пришло, видать.

– Могло и раньше прийти, – не унималась Голуба.

– Цыц! – встряла в разговор Чеслава. – Не о чем здесь пререкаться, только воздух сотрясаете! Взяли девку под крыло – теперь ей сук мастерить придется. Раз вызвалась бузину раздавать, сама и подготовишь!

Голуба недовольно поджала губы, но спорить не стала.

– И зачем она мне? – тихо спросила Ярина.

– Скоро узнаешь, – мрачно ответил черт. – И тебе это не понравится.

– Ты ведь должен ко злу меня склонять, отчего ж тогда рожу перекосило?

– Агриппа велела тебя беречь.