Может быть, он?

— А у меня даже есть именные палочки, — дёрнул он ящик стола, где хранились столовые приборы.

— С Миро̀ мы обсудили, — подмигнула я, поставив на кухонный стол пакет. — Пиво?

— Не-е-е, — открывала горячие контейнеры Виолетта, чтобы выставить на стол в столовой. — Я женщина необразованная, что подо что пьют, не знаю, я хочу вина.

— Белого? Красного? — остановилась я у холодильника.

— Белого."

"— А я буду красное, — достала я бутылки, обе початые. — Мир, бери бокалы, — кивнула на шкаф. — Ну и всё. Как большая дружная китайская семья, идёмте в столовую.

О чём шёл разговор за столом, под звон бокалов и стуканье вилок и палок о тарелки, я бы сказала в двух словах: парни обсуждали футбол, графические стратегии биржевых рынков, альпинистское снаряжение. Мы с Ветой, склонив друг к другу головы, — последние новости.

Самой последней новостью, от которой меня до сих пор слегка потряхивало, был разговор с Пряником. Он предложил поехать в командировку.

— В командировку?! — присвистнула Вета.

— Когда? Куда? — как по команде повернулись оба джентльмена.

— Спокойствие, только спокойствие. Уже никто никуда не едет. Пряник пусть катит, хоть со всей своей расстрельной командой. А я остаюсь.

— Серьёзно? Ты же так хотела! — расстроилась Вета, кажется, больше меня. — Тебя, наконец, отправляют заграницу, а ты артачишься.

— Меня не отправляют. Меня берут с собой, — посмотрела я на неё укоризненно. — И я не хотела. Просто люблю летать. И люблю всю эту суету: аэропорты, самолёты, стюардессы. Запахи, небо, пледы, привязные ремни.

— И? — не унималась она.

— Вет, ну не с Пряником же.

— Я дико извиняюсь, — подал голос Миро̀, — а кто у нас Пряник?

— Да, ты же не в курсе, — выдохнула я. — Пряник — это генеральный директор компании, в которой я работаю.

— Принеприятнейший тип, — добавила Вета.

— Неправда, — сама потянулась я за бутылкой. Гарик меня опередил и вылил остатки красного вина в мой бокал. — Он очень даже приятный. Не хочу наговаривать на человека, который в принципе ничего плохого мне не сделал.

— В последнее, это в какое? — хмыкнула Виолетта. — После того как ты нахамила главному бухгалтеру?

— Вета, да блин! Не хотела я ей хамить. Она первая начала.

— А Пряник, значит, осознал свою вину. Меру. Степень. Глубину. Попросил его направить на текущую войну? — не унималась Вета. — А как же шоколадный торт?

— Не до торта ему, видать, сейчас, — усмехнулся Гарик.