Мост любви

Флавия Перетти пережила это, когда умер Роберто, и теперь могла потерять и второго сына, если не преодолеет своего предубеждения против его не итальянской невесты, если гордость отца и сына не позволит им пойти на уступки.

Как много «если»… И в центре всего этого была она, Скай.

Скай плохо спала, и весь следующий день не могла избавиться от мыслей о том, как ей поступить в сложившейся ситуации, и расслабилась, лишь оказавшись в теплых, надежных объятиях Люка.

За ужином Мэтт, конечно же, непрерывно говорил о новой бабушке, засыпая Люка вопросами о его детстве.

Когда Люк рассказал о том, что у него был младший брат, Мэтт немедленно возжелал братика. Люк бросил игривый взгляд на Скай и выразительно поднял бровь.

— Может быть, через год или два, — ответила Скай, зная, что Люк очень хочет как минимум еще одного ребенка, ребенка, в жизни которого он бы присутствовал с первых мгновений. — Но мы с твоим папой не можем гарантировать, что это будет именно брат.

А вдруг будет сестричка?

— Ну… — Мэтт, похоже, не задумывался об этом. — Ладно, пусть будет девчонка.

Люк хотел заняться с ней любовью, но Скай настояла на разговоре, предложив выпить кофе на кухне.

— Ну вот, одного визита моей матери оказалось достаточно, чтобы нарушить заведенный у нас порядок, — с мрачной иронией проворчал Люк.

Скай бросила на него умоляющий взгляд.

— Пожалуйста, Люк…

Она сварила кофе, и они сели за стол, но агрессивная энергия, исходящая от Люка, тревожила ее и мешала начать разговор.

Скай чувствовала, что Люк будет отвергать и противиться всему, что бы она ни сказала. Она снова со всей ясностью поняла, что гармония в их отношениях так или иначе зависит от того, какими будут взаимоотношения с его семьей. Или она придает слишком большое значение этому?"

"— Моя мама умерла, Люк, — нервничая, начала она. — У меня нет никого из близких, только Мэтт…

— И я, — быстро добавил Люк.

— Я не сомневаюсь в этом, — поспешно заверила она его. — А у тебя есть люди… которые беспокоятся о тебе…

— Я не знаю таких, — резко бросил Люк. Его лицо окаменело, взгляд сделался злым.

— Потому что я не даю тебе возможности быть с ними. Я трусиха, которая удерживает тебя в своем маленьком безопасном мирке…

— У тебя есть все основания стремиться к безопасности, — со страстью в голосе прервал ее Люк.