Морской Волк #07-09 - Врата Победы

К 19 часам командующий Московским военным округом генерал-полковник Артемьев доложил Сталину об успешном завершении операции (как и в мире «Рассвета»). Иосиф Виссарионович усмехнулся в усы – он ведь ничего не забывал!

Пусть это действие состоится – с тем же результатом, что и там. Именно в день рождения фюрера – ему подарком. И еще – может быть, чисто теоретически, и в нашем будущем поднимут голову фашиствующие недобитки, как недостертая плесень – но даже у них этот день будет ассоциироваться не с очередным юбилеем величайшего мерзавца и преступника двадцатого века, а с годовщиной «парада позора», вошедшего в эту историю, как положено, увековеченного на кино– и фотопленке, на передовицах всех советских газет – да и иностранные журналисты и фотографы присутствовали! И кто теперь посмеет выбросить из истории этот день?

Ну а французы принесли официальную жалобу – что взять с дураков? Сталин посмеялся, затем сказал:

– Передайте де Голлю: «беречь себя и своих людей» для будущего мира – это, конечно, похвально.

Но каким станет этот мир, определяется сейчас, в том числе и пролитой кровью. Вы отказались покориться Гитлеру, это хорошо. Но какой вклад Свободная Франция пока внесла в победу?

Роммель Э. Солдаты пустыни. / пер. с нем. Л.,1993, 1970 (альт-ист)

Отступлениями не выиграть войну. Но можно подготовить будущую победу. Или хотя бы приемлемый мир.

Именно так я видел перспективы Германии весной сорок четвертого. Было очевидно, что выиграть эту войну нельзя – значит, стоял вопрос о заключении мира на достойных условиях (о безоговорочной капитуляции не хотелось и думать).

И мне было ясно, что главной ошибкой Германии в этой войне было решение напасть на Россию – забыв, что и Фридрих, и Бисмарк предостерегали нас от этого шага. Также неизменно, что от любых русско-германских конфликтов в выигрыше оказываются исключительно англосаксонцы – а вот от союза Германии и России всегда приходила обоюдная и ощутимая польза. А оттого краеугольным камнем политики новой Германии должен стать союз с восточным соседом или как минимум обеспечение его дружественного нейтралитета. Мои контакты с русскими, на тот момент воевавшими с нашей страной, следует рассматривать именно в этом смысле – и по моему глубокому убеждению, не может считаться изменой то, что в конечном счете идет на пользу Отечеству.

Я ошибался лишь в одном. Считал, что у меня еще есть время. Германия все же была одной из великих держав, и столь быстрое ее падение казалось невероятным.