Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Было у русских такое собрание безумных гениев, якобы упраздненное в тридцать седьмом, причем с расстрелом и самого директора Бекаури, и кого-то из ученых. А на документах даты: сороковой и сорок первый – что ж, как раз тогда у Сталина появились такие учреждения, как «шарашки». Сама мысль о плодотворной научной работе заключенных кажется недопустимой в любой нормальной стране – но в СССР это реальность. Понятно тогда, отчего экипаж корабля был набран из чинов не флота, а НКВД.

– Нонсенс, – засомневался военный, – ставить командовать таким кораблем непрофессионала?

– Вам напомнить «Айову» и ее командира Мак-Кри? К тому же русские выпускали в море не «подводный линкор», а тогда еще «опытовое судно», реальная боевая эффективность которого была неясна им самим.

Вполне могли назначить случайно оказавшегося под рукой, зато надежного, и с какой-то минимальной квалификацией – подводник, перешедший служить в НКВД, а отчего нет? Выбор оказался удачным – и этот Лазарев вытянул счастливый билет, получив и погоны адмирала, и кучу наград.

– Допустим. И что мы имеем сейчас?

– Полагаю, что с началом войны русские имели почти готовый корабль на верфи. Почти – потому что им все же удалось за год, самый для них тяжелый, все же ввести К-25 в строй. Не затрачивая особых ресурсов – но о том скажу позже. Ну а когда успех превзошел все ожидания – развернули бешеную активность. Месторождения урана Тюя-Муюн, Уч-Кудук, открытые еще отцом нашего Вернадского, где еще при царе добывали «радиевую соль» – сейчас, как удалось установить, превращены в спецобъекты НКВД, где наблюдается бурная активность, ведется строительство, приняты строжайшие меры секретности – что уже является доказательством.

К сожалению, мы еще не знали о том, когда приняли русский срочный заказ у нас весьма специфического оборудования, в настоящее время уже отгруженный, – тут «аристократ» выразительно посмотрел на толстяка с сигарой. – Также отмечено исчезновение многих людей из гамовского списка, там было около полусотни фамилий, попытки выяснить их судьбу ничего не дали, зато наши люди, кто этим занимались, тут же почувствовали на себе внимание НКВД, что тоже показатель.

– И какой же общий вывод? Есть у Сталина бомба или нет?"

"– По-видимому, сейчас русские пытаются воспроизвести у себя то, что было утрачено, германскую производственную базу. Возможно также, были и людские потери, хотя вряд ли ученых и инженеров со столь уникальными умениями посылали бы на фронт – но в сорок первом в России всякое бывало.