Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Хотя его голос будет решающим – если мы категорически поддержим англичан, американцы с большой вероятностью уступят. И будет жаль, если в Испании снова начнется смута!

«Это так, – подумал Франко, – и прежде всего, бешеные из Фаланги сцепятся с церковниками. Как было в тридцать девятом, когда эта банда всерьез потребовала увековечить на стенах церквей имена своих героев, погибших в бою с коммунистами, мне едва удалось примирить всех! А есть еще и сепаратисты, и недобитые левые, и монархисты, и еще с десяток игроков… Один я мог удержать их в равновесии – меня не станет, и тотчас же все передерутся насмерть, не за Испанию, а каждый за себя».

Вопреки распространенному мнению, каудильо вовсе не был фюрером. Фаланга была полным аналогом коричневых штурмовиков СА, или чернорубашечников дуче, но, в отличие от них, так и не стала правящей партией. А Франко не был ее вождем, гораздо больше дорожа образом «генерала-диктатора», имея за образецвеликого Мигеля Примо де Риверу, победителя риффов[107], даже его госаппарат в чем-то напоминал карикатуру на королевский двор, при котором ради прославления «мудрого короля» собирались известные журналисты, литераторы и художники, продавшие покровителю свои таланты.

И хотя именно Фаланга привела каудильо к власти, он совершенно не собирался ею делиться со своими «штурмовиками», поддерживая и другие политические силы, в противовес. И это было не властолюбие, а развитый инстинкт выживания.

– Вы прибыли, чтобы угрожать мне, сеньор Кертнер?

– Боже упаси, дон Франсиско! В данный момент я всего лишь отмечаю общий интерес Святого Престола и СССР.

Согласитесь, что угрозы священнослужителям со стороны слишком радикальных членов вашей Фаланги, а тем более их избиение, даже убийства, поджоги и осквернение церквей плохо сочетаются с образом католической Испании. Также недоумение его святейшества, разделяемое и в Москве, вызывает развернувшаяся у вас шпиономания, когда ваша контрразведка арестовывает ни в чем не повинных людей как агентов Ватикана. Что уже дает нам право принять адекватные меры в ответ.

Каудильо был удивлен. Понятно, что в Италии, после событий в Риме, Церковь вынуждена договариваться с советскими. Однако похоже, речь шла о чем-то большем, чем локальное сотрудничество. Неужели папа и впрямь заключил с безбожниками-большевиками союз, о чем тоже доходили слухи?

А в Фаланге и впрямь многие слишком заигрались. Их место в государстве, это цепные псы – растерзать того, на кого укажет хозяин.