Морской Волк #07-09 - Врата Победы

– Вербуете меня в свою Свободную Германию?

– Гитлеры уходят, а Германия и немецкий народ остаются. А «тысячелетний рейх» обречен, и вряд ли доживет до следующего года. Считаете, что все немцы должны совершить коллективное самоубийство? Как решите вы сейчас за всех жителей этого города: останется ли он стоять, или будет стерт с лица земли? Кстати, проявляя упорство, вы предстанете перед рейхом как изменник – уж мы постараемся, чтобы ваш адъютант как ценный свидетель остался жив.

Или те, кому он успеет рассказать – и чтобы эта информация дошла до той стороны. Что тогда будет с вашей семьей и вашей репутацией?

– Будьте вы прокляты! В старые добрые времена все же воевали честно. Не унижаясь до клеветы.

– Это в какие? Не в прошлую ли войну, когда британцы писали в газетах, что вы пускаете в пищу и на мыло тела своих же убитых солдат? И если ваш Геббельс сказал: «чем чудовищнее ложь, тем скорее в нее поверят», так что вы хотите от нас? Вас же, генерал, никто ни к чему не принуждает – а предлагает сделать абсолютно свободный выбор.

– И что вы от меня хотите?

– Во-первых, улаживания по телефону недоразумений, если таковые возникнут, когда наши войска войдут в город. Во-вторых, приказ гарнизону о капитуляции – во избежание лишней крови и разрушений.

– Если я это сделаю, то согласно приказу фюрера, следующий по чину офицер гарнизона обязан будет немедленно расстрелять меня и отменить приказ.

Например, майор Викль, командир охранного батальона. Или кригс-комиссар, по совместительству командир фольксштурма.

– Думаю, генерал, что оба пункта, касаемо и вашего расстрела и отмены приказа, им будет выполнить крайне затруднительно. Если вы в этом качестве нужны нам живым. И вся связь тоже у нас.

Передовой отряд Первой гвардейской танковой армии вошел в Кюстрин в 22:00 первого февраля. Немцы сначала приняли его колонны за своих, а когда разобрались, было уже поздно.

Мосты через Одер, автомобильный и железнодорожный, были захвачены с ходу, прикрывающие их зенитные батареи, одновременно атакованные осназом, не успели сделать по танкам ни одного выстрела. На товарной станции следующий на фронт артиллерийский полк не успел разгрузиться из эшелона, железнодорожная батарея ПВО была расстреляна танками в первые же минуты.