Морской лорд

В котлы сказал класть только мясо без костей. Что не влезет, запечем или выбросим. Оба повара, услышав такое святотатство, удивленно переглянулись. Они крошки лепешки не выбрасывают, а уж мясо… Остальные матросы в это время занимались погрузкой скота. С борта шлюпа спустили сходню, по которой загоняли упирающихся овец на борт. Там их двое человек хватали за шерсть на спине и бросали в трюм. Высота трюма всего метра полтора, так что не покалечатся. К шлюпу надо было добираться по илистому дну. Овцы упорно не желали лезть в грязь.

Вскоре те матросы, которые занимались доставкой их на борт, были грязными по уши. В трюм набили четырнадцать овец. Восемь взяли «палубным» грузом. Можно было погрузить на палубу еще столько же, если не больше, но тогда бы экипажу ночью негде было бы лечь. Да и количество это подходило для задуманного мной раздела добычи. На берегу оставалось с десяток взрослых овец и все ягнята. Я боялся, что ягнята не переживут переход морем.

Отправив «грузчиков» мыться в ручье, а потом собирать траву и ветки для овец, я отнес свежую баранью шкуру на шлюп, постелил ее на банку рулевого.

По пути сюда я здорово отсидел задницу. Вернувшись к кострам, помешал мясо. Вода в котлах уже закипела. Сверху плавали серые комья накипи. Попытался их удалить палкой, но получалось плохо. В следующий раз надо будет захватить ложку. Повара щедро подкидывали дрова в костер и пытались поджарить на огне голову и то, что осталось на костях, отчего воняло горелым мясом.

— Две охапки в трюм, одну на палубу, — подсказал я матросам, которые несли овцам траву.

Как только мясо сварилось, я приказал грузиться на борт. Выдернули кол и вместе с тросом закинули на борт, занесли котлы с мясом, после чего убрали сходню и подняли кормовой якорь. Носовая часть судна еще держалась за грунт, поэтому шесть человек, стоя в воде, уперлись в форштевень и носовые скулы шлюпа, а четверо на борту налегли на весла — и сдвинули его с мели. На борт эти шестеро поднимались по двум канатам с мусингами — завязанными через определенные промежутки узлами, благодаря чему руки не скользят по канату.

Довольно таки резво забрались. Впрочем, в их возрасте я действовал не хуже. Они, растолкав овец, заняли места на банках для гребцов и тоже налегли на весла, чтобы преодолеть приливное течение. В кабельтове от берега развернулись кормой к берегу и подняли паруса. Теперь, на курсе бакштаг, шлюп начал резво набирать скорость, легко преодолевая течение.

— Пора нам пообедать, — решил я.