Морской лорд

Я срезал два тонких деревца, связал ремнем их нижние концы и плед так, чтобы верхние концы расходились под углом, а плед был между ними. На плед перекантовал кабана, а потом поднял верхние концы стволов и непривязанный край пледа, обмотав его углы вокруг стволов и придерживая руками, потащил всё это, волоча нижний конец по земле и оставляя за собой неглубокую борозду. Сориентировавшись по солнцу, пошел к деревне кратчайшим путем, насколько позволял лес. Любое поваленное дерево было для мня непреодолимым препятствием.

Увидев меня без добычи, деревенские сделали вид, что ничего страшного не случилось. Фион улыбнулась, подбадривая, и сказала:

— Идем, позавтракаешь.

— Попозже — отказался я. — Дай топорик и две веревки короткие.

Пока она ходила за тем и другим, напился воды прямо из деревянного ведра, которое стояло на лавке у входа в дом. Выхлебал литра два. За водой ходят только женщины. Мне ни разу даже не намекнули, чтобы помог. Носят ведра в руках. Коромысло здесь еще не изобрели. Впрочем, от дома до колодца всего метров двадцать. Взяв у Фион топорик и веревки, отдал ей грязное одеяло и пошел к Гетену.

Валлиец делал ложки. Не для меня. Я заставил своих женщин есть ложками. В первый раз они поупирались, а во второй взяли уже без понукания.

— Пойдем, поможешь мне, — сказал я.

Не задавая вопросов, Гетен отложил недоделанную ложку и пошел за мной. Мне было интересно, когда любопытство пробьет его, поэтому не говорил, где и какая помощь потребуется. Валлиец так и не спросил. Увидев в кустах кабана на пледе, присвистнул то ли удивленно, то ли восхищенно:

— Из арбалета убил?

— Да, — ответил я.

— Иногда с пятью стрелами уходят, — сказал он.

Я срубил березку нужной толщины, укоротил ее до нужной длины. Мы связали попарно передние и задние ноги кабана над березкой, чтобы он повис под ней. Потом подняли шест за противоположные концы и понесли, положив их на плечо. Грязный кабан покачивался между нами из стороны в сторону. Перед моими глазами находились его раздвоенные копыта, промежутки между которыми были забиты грязью.