Морской лорд

К моему удивлению, лорд посадил меня через два рыцаря от себя. Эти двое были его старыми соратниками. Сперва слуги подали десерт: разнообразную выпечку на меду, орехи, фрукты. Мы выпили за победу императрицы Матильды. Потом слуги принесли мясо, свинину и говядину. Слуга с полным подносом сперва подходил к графу, потом к лорду, потом к остальным рыцарям. Когда он останавливался передо мной, я говорил, какой кусок хочу, и слуга рукой клал выбранное мясо на кусок лепешки и отдавал мне. Вино тоже наливали слуги, которые ходили с кувшинами между столами, раздав сперва нам по бокалу из толстого стекла в виде рога.

Влезало в бокал грамм сто пятьдесят. Перед графом и лордом поставили серебряные кубки на подставках и большей емкости. Вино было с материка. Пили только в промежутках между сменой блюд.

После третьего тоста Вильгельм де Румар, лорд Болингброк, сказал Ранульфу де Жернону, графу Честерскому, показав на меня:

— Помнишь Александра?

Граф кивнул головой, подтверждая. Как мне показалось, сделал он это скорее из вежливости.

— Он первый взобрался на стены Вустера и захватил башню, а потом тоже самое проделал в Уареме, — продолжил Вильгельм де Румар. — Граф Глостерский хотел дать ему манор и сделать своим вассалом, но я решил, что такой рыцарь пригодится тебе, сказал, что он будет твоим вассалом.

Граф Честерский не горел желанием давать мне манор.

— Поговорим об этом завтра, — сказал он. — А сейчас давай выпьем за то, чтобы императрице и дальше помогал бог.

Пир продолжался до поздней ночи.

Перед нами выступали музыканты, игравшие на рожках и арфах, жонглеры, очень ловкие ребята, похожий на цыгана мужик с медведем. А может, из-за медведя он казался мне цыганом. Медведь был молодой и без клыков. Он по команде хозяина катался по полу, танцевал на задних лапах, а потом с шапкой прошелся вдоль столов, прося денег. В шапку накидали костей. Медведь не обиделся.

Граф Ранульф ушел первым, поднялся в свои покои, расположенные этажом выше, а лорд Вильгельм сидел до последнего.

Напившись, он вспоминал, как в битве при каком-то Бремюле сражался против французского короля Людовика и порывался прямо в холле показать, как он насадил одного рыцаря на копье. Кое-кто из гостей упился так, что заснул за или под столом. Один заснул в гальюне, который представлял из себя продуваемую ветрами комнату в противоположном от винтовой лестницы конце холла. Это были три дырки в полу, от которых отходили наклонные желоба.