Монастырь (СИ)

Плохо то, что голова хуже соображать стала, да и появившиеся жар и сухость во рту тоже не добавляли вдохновения в сложившуюся ситуацию.

Фернандо светло улыбнулся и откинул голову назад, чтобы видеть “лицо” церковника.

– И что же вам сказали, инквизитор? – легкий смешок едва не сорвался с губ.

– В вас говорит дьявол, что управляет вами, – Ксанте опять будто успокаивающе положил ладони на плечи Фернандо, только теперь они были горячи, как огонь и приносили жар всему телу, вызывая в крови желания.

– Вы ведь это и хотите доказать? – на лице принца была нежно-отрешенная улыбка, внезапно убравшая и отражавшуюся усталость, и злость, и прорывающуюся ярость.

Он вдруг показался безмятежным подростком. А сущность довольно вторила своим жаром привнесенному извне огню. Игра на краю бездны – теперь без правил. – Но я не одержим, и вы это знаете, – юноше хотелось сказать совершенно другое, подразнить или позлить святошу, но зачем? Глупый, дешевый, детский поступок ни к чему бы не привел. Фернандо прикрыл глаза, вслушиваясь в себя. Зря его раньше трогал кардинал. Тело ведь помнит мерзость первых прикосновений, и теперь плетение пережитого и происходящего может совершенно неожиданный для церковника эффект.

– Я знаю, как это больно, когда дьявол вступает в свои права, – мужчина кивнул секретарю и тот направился к дверям, в которых... появился маленький ангел с завязанными глазами. – Он сделает это с вами. Он заставит вашего беса пробудиться.

Тонкое существо у двери было совсем ребенком. Белокурый ангел сделал несколько нерешительных шагов, ведомый секретарем.

– Энжи, ты чувствуешь дьявола? – спросил инквизитор и отступил от принца.

Принц медленно повернул голову. Мальчик, о котором говорил падре Валентэ. Больше некому. На виске юноши гневом судорожно забилась жилка. Церковник что, думает, что он интересуется детьми? Если так, то этот... краснорясочник... просто падаль... Дьявол ярился вместе с ним, обнимая мягкими лапами, проводя раздвоенным шершавым языком по животу, шепча как они потом славно позабавятся с посмевшим удумать такое человечком.

Мальчик не отвечал на вопрос церковника, только опустил голову, хотя и не мог сейчас видеть принца. Секретарь подвел его ближе. И тогда Ксанте приказал:

– Привяжите руки принца к подлокотникам.

Фернандо откинулся на спинку и чуть заметно напряг руки – нужно себе оставить хоть минимальный простор, ибо было у него сомнение, что привяжут его правильно. А застой крови – мягко сказать, неприятно и чревато последствиями.