Монастырь (СИ)

– Тебе это зачем?

– В качестве аргумента на случай твоего несогласия, – улыбнулся Легрэ, не скрывая похотливого взгляда. В таком состоянии Кристиан и сам себя не любил, но сейчас он этим наслаждался вовсю. Он бросил плащ Микаэлю. – Устраивайся.

– Ты меня спасать собираешься? Или себя веселить? С таким то взглядом... Действительно думаешь, что я тебе позволю себя связать?

Микаэль подобрал брошенный плащ, расстелил его, опускаясь на колени и пытаясь хоть как-то скрутить в некое подобие косы спутанные длинные волосы.

– И вот что я тебе еще сказать хочу, Кристиан.

Взгляд травника, до этого весьма измученный, с искорками то и дело проявляющегося, несмотря на попытки спрятать, страха – стал холодным и жестким. Таким Микаэль бывал в лекарне или на поле боя, когда нет места сомнениям и боязни.

- Я тебе сегодня многое пообещал.... И если будет надо, несмотря на мою к тебе неприязнь, я буду сражаться за тебя. Как в играх политических, так и на поле боя. Север не оставляет своих вассалов. Но и предательств не прощает.

– Определенно яд у тебя странно на разум действует, – усмехнулся Легрэ связывая петлю. – Сражаться за меня? Перестань. Даже если я тебе всю жизнь служить буду, ты мне при малейшем удобном случае кинжал в спину засадишь. Не обещай того, чего не в состоянии сделать.

– Кристиан, я не бросаюсь словами. А веришь ты мне или нет – это уже тебе решать. Как и то – хочешь ли ты этого или нет. Все что я хотел сказать – я сказал.

- Сказал и сказал, – Легрэ показал Микаэлю петлю. – Давай руки сюда, если жить хочешь.

Сердце, казалось, ухнуло в самые пятки. Микаэлю, у которого и опыта то в таких делах – всего одна ночь с инквизитором – было просто не по себе. Страшно, и совсем уж казалось нереальным добровольно позволить себе руки связать, а потом...

Травник тряхнул головой, закусывая себе губу.

“Ну же... Жить хочется? Так хватит думать! Больнее чем сломанные ребра, при необходимости два дня в седле провести, это не будет.

- Сказать-то сказал. Мне надо, чтобы ты сказанное понимал.

Травник протянул Легрэ свои сложенные вместе руки, закрывая глаза.

– С пониманием у нас с тобой плохо, – Легрэ стянул и замотал запястья потуже, – не бойся, зверствовать не стану, мне сегодня не хочется. А чтобы тебе полегче было, я тебе глаза завяжу.