Монастырь (СИ)

Безвыходная ситуация, ты не находишь?

– Нахожу, – согласился юноша. – Я думаю, что я сам поговорю с аббатом Себастьяном, и сегодня же покину аббатство, чтобы не было никаких возможностей доставить вам неприятности.

Поднявшись, Луис отстранился от ласки, отряхнул рясу.

– Спасибо, что сказали мне правду. Я не от инквизиции.

Кристиан досадливо скрипнул зубами, с вымученным упреком поднял глаза к потолку.

– Терпеть не могу, когда люди вынуждают меня разговаривать с ними таким образом, – сказал он и, ухватив отрока за шкирку, вернул в прежнее положение.

– Я не верю тебе, – без угрозы признался он. – Но если ты не шпион и говоришь правду – покажи письмо. Мне или аббату. Выбирай сам, с кем удобнее договориться, Луис. И еще, я хочу, чтобы ты усвоил одну вещь: я тебе не враг и хватать тебя за шиворот мне никакого удовольствия не приносит.

Луис дернулся в сторону.

– С какой стати я должен вам его показывать? Хотя... Здесь достаточно света, чтобы прочитать письмо в нескольких шагах от меня. Отойдите, – юноша полез за горловину и достал сложенную в несколько раз бумагу, которую развернул и поднял так, чтобы можно было прочитать.

Там было написано следующее: “Дорогой отец, я вынужден обратиться к тебе за помощью. Вышли дяде 200 золотых монет, чтобы я мог устроиться на новом месте. Возвращаться сейчас было бы неразумно из-за гнева государя. Потому я предпочту уединение и поиск лучшей доли по воле божией на иноземной земле, где собираюсь обучаться искусству ведения боя. Твой сын”.

Кристиан бегло пробежал по строчкам холодным взглядом, долго молчал.

Он пытался понять, кто и когда его обманул: сын герцога или брат Николай, распевавший что-то там о новом доме и любви. Легрэ терпеть не мог таких мелких нестыковок, портящих все дело.

– Луис, – ровно сказал он, наконец, скрестив руки на груди, – мне не нужно тебе объяснять, что бывает с лгунами. Ты уверен, что ты написал одно письмо, а не два и не три? Я прекрасно понимаю твои стремления стать воином, даже одобряю их, но я не могу верить тебе на слово, к тому же – я все еще не уверен, что ты не подосланный.

И кстати, – Кристиан криво улыбнулся, – пока ты придумываешь достойное объяснение, давай домоем пол. Герцог ты там или не герцог, а работать придется.

– Вы меня обвиняете во лжи! – Луис покраснел. – Зачем мне и для чего лгать? Обыщите, раз не верите. Я написал одно письмо. А вы вот точно недоговариваете всей правды и весьма уклончивы в ответах, потому думаю, что мои здравые размышления попали в цель.