Монастырь (СИ)

– А ну тихо! Ты весь монастырь сюда собрать надумал?"

"Микаэль поднял беззвучно глотающего слезы Сея – узнать в бледном, мокром и перепуганном почти утопленнике монастырского садовника все же было можно – и, прижав к себе, вынес на берег. Осторожно опустил на землю и потянувшись за сброшенным плащом, накрыл им плечи дрожащего мальчишки.

Мокрая одежда все равно не пускала тепло. Поэтому пришлось, краснея, мальчику все с себя стягивать, что бы максимально укутаться в куртку брата Микаэля, не поднимая на того взгляд.

И так он знал, что не него смотрят. И что наверняка спросят, почему он тут оказался. А это значит, что нужно придумать причину, что бы.. Чтобы что? Прикрыть аббата, того, который так поступил. На себя мальчику было плевать, он знал, что совершил грех и больше грешить он не собирался. Только не с аббатом. Нет. Мысли о смерти как-то выветрились из головы мальчика, умирать больше не хотелось. Зато хотелось совершить то, чего от него не ждут.

Лишь хмыкнув, увидев заалевшие щеки Сея, Микаэль машинально хлопнул себя по боку, проверяя на месте ли сумка со снадобьями и тут же досадливо поморщился – все ведь осталось в покоях у инквизитора.

“Придется опять нырять – доставать другую.... Но, сначала надо разобраться, что тут происходит”

– Успокоился уже? Или еще есть желание поплавать? Что случилось?

Сей хмуро посмотрел на парня и недовольно буркнул:

– Жарко было, вот и решил искупаться. – И тут же прикусил язык. Незачем показывать свой характер. Особенно если учесть, что в монастыре он ведет себя совсем по-другому.

Сей только понадеялся, что Микаэль не обратит особо на это внимание.

Поэтому мальчик поспешно принял смиренное выражение лица, потупив взгляд.

– Все в порядке, брат Микаэль....

– Ну-ка....

Микаэль дотронулся до подбородка Сея и чуть приподнял тому лицо, заглядывая в глаза.

– Брат мой, вы только что чуть не совершили тяжкий грех, а теперь еще и дерзите.

“Хотя...Меньше всего это меня должно сейчас волновать...”

Травник вздохнул, еще раз окидывая мальчишку взглядом.

Мокрый, замерзший и прячущий желание огрызаться за маской смирения – он чем-то вдруг напомнил Микаэлю его самого. И вдруг как-то само собой получилось обнять его, прижать к себе дрожащее тело и прошептать на ушко :

– Ну, что случилось? Чего ты в воду полез? Расскажи мне... Я, может, помочь смогу...

Сей как-то замер, напрягаясь, совсем не ожидая от брата Микаэля такого поведения, а потом... Его как прорвало. Немного невнятно, путаясь, он рассказал все.