Монастырь (СИ)

Ловили на малейшее проявление приязни. Юноша чувствовал, как медленно растет возбуждение, расплавляющее тело в покорность. Губы, язык короля нежили плоть. И стоять на коленях на кровати становилось все тяжелее.

Фернандо действовал осторожно, стараясь не спугнуть мальчика. То, что началось как безумие толкнувшейся в голову крови, обещало принести в будущем очень хорошие плоды. Дрожь тела под руками побуждала начать гладить руками, действовать по-другому, но он держался. Чуть отпустив сзади рубашку, мужчина аккуратно подхватил Луиса под ягодицы и за спину.

Теперь сведенные за спиной руки юноши постоянно касались рук Фернандо, терлись о них, когда мальчик вздрагивал, и это заводило короля еще больше. Пах сводило от желания.

Он держал все крепче – его мучитель, его ласковый зверь, который слишком ласков после жестокости, словно недавно не бил, не унижал. А была лишь нежность, сладость его губ на плоти. Его пальцы, что касаются руки и толкают ягодицы на себя, чтобы вбирать все больше. Герцог застонал, откинул голову назад.

Волосы растеклись золотом за спиной, губы полуоткрылись. Чувственность, закрытая в сосуде, выплеснулась наружу изгибом юного тела, которое рождено для страсти, в котором столько скрыто темперамента и вольнодумности.

Король на мгновение оторвался от мальчика. Посмотреть на его лицо, впитать его стон и зарождавшуюся страсть. Безумие возвращалось, мужчина это чувствовал, и оно могло испортить все. Несколько глубоких, чувственных движений – и Луис содрогнулся, вцепившись руками в его плечи.

Дьявол ревел и бился наружу, разнося остатки спокойствия в клочья. Один из немногих раз, когда Фернандо его не выпустил.

Он аккуратно уложил плохо соображающего мальчика на постель, у него даже хватило сил накрыть его покрывалом. Несколько быстрых шагов, открыть дверь, впустить гвардейца. Хорошо, что не Артур. Закрыв дверь, Фернандо с силой саданул рукой по стене. Тело сводило, перед глазами красный туман. Нужно найти Артура. Артура и Лукаса, они лучше всех знают его. И в сад. И кнут, как минимум.

Мужчина бросился на нижний этаж в помещение, где расположили его солдат.

... От солнечного света, проникавшего через ставни, Луис вынырнул из сладкого сна. Вчерашние растирания настойками и мазями явно пошли юноше на пользу. Болячка на губе высохла, раны на скуле затянулись, а синяк, который должен был проступить ярким пятном, так не оформился, осталась лишь небольшая припухлость.

Герцог завозился под одеялом в тепле и понял, что лежит в чьих-то объятиях.