Монастырь (СИ)

***

Себастьян вернулся в келью, когда инквизиция направилась на отдых в гостиницу Он собирался подготовить все документы, которые полностью соответствовали действительности. Его мысли гудели. Его воспоминания о далеком прошлом стали зримы и горячи, а ожидавший в кабинете Кристиан заставил мужчину по спине пробежать холодным мурашкам. Что-то случилось. Душа чувствовала. Осязала опасность.

– Этьен, выйди на минуту и найди Николая, – сказал аббат, давая монаху покинуть келью, а затем закрыл дверь. – Что случилось, Кристиан?

– Луис сбежал, – Легрэ с трудом выдержал прямой взгляд Себастьяна.

– Час от часу все лучше. – мужчина понятливо закивал. – Теперь понятно поведение наших гостей. И то, как вели себя гвардейцы. Луис у них. Я точно знаю. Меня не проведешь. Но ты не бойся, это только нам на руку. Нам нужно избавиться от брата Гиральда в монастыре. Зря я его не выпроводил. У меня есть на то причины...

– Луис?.. У них? – выдавил Легрэ, изумленно задохнувшись.

– У них. Иначе не было бы столько фарса по приезду. Паоло сразу вцепился в меня железными клешнями, – аббат выложил на стол нужные бумаги и оглянулся на Кристиана. Он улыбнулся опять. – Что я еще должен знать про Луиса? Говори.

Легрэ неприятно поморщился. В других обстоятельствах он бы ни слова не сказал аббату, но сейчас слишком много стояло на кону, чтобы увиливать и откровенно лгать. Кристиан взял себя в руки постарался предать голосу привычную холодность, но в его голове назойливо стучало – “Луис у них. Луис у них...”

– Я его изнасиловал. – Легрэ пристально смотрел в глаза Себастьяна, понимая, чем для него может обернуться такое признание. – Я был очень неаккуратен.

Себастьян несколько минут молчал. Стучал кончиками пальцев по столешнице.

– Тебя повесят, – повернулся к мужчине. – Тебе надо уходить, – сказал спокойно.

– И это все, что вы можете мне сказать? – изумился Легрэ. Он резко выдохнул и мельком посмотрел в окно. – Я никуда не пойду. Даже если Луис все расскажет инквизиции, они должны будут доказать это. Без свидетелей такое практически невозможно, а я буду настаивать на том, что пальцем его не трогал.