Молодость на продажу

Почему нет живности? Почему не летают птички? Почему не видно червячков? Куда девались простейшие головастики? И почему я в течение такого длинного пути так и не увидел следов? Ни отпечатка лапы, ни ступни человека? А кто тогда построил мост? Или как раз после его постройки всё живое в этом мире вымерло? И здесь вокруг всё токсично?

Поневоле испугаешься, испив три литра воды. И хорошо, во мне четыре (а может и больше?) симбионтов живут. При нужде они и серную кислоту внутри желудка разложат на полезные составляющие.

Уверен: с большинством ядов тоже справятся. А вот как быть с детишками, если у них начнут болеть животики?

Присмотрелся к ним. Ничего так, трое вполне бодро двигаются, по разлёгшемуся на травке серпансу. Двое – прикорнули в сторонке, изжевав и обслюнявив очередные полоски с мясом. Может, зря переживаю? И никакой опасности нет?

Так и не придя к однозначному выводу, продолжал с максимальным тщанием мониторить окружающее великолепие природы.

Вновь поднапрягся в попытках разбудить Найдёнова.

Вернее привести его в сознание. Потому что подобный сон мне нравится всё меньше и меньше. Так не спят. Но что ни предпринимал, даже из серии весьма болезненных воздействий, ничего не помогло. Лёня корчился, дёргался, стонал и даже вскрикивал, но продолжал оставаться в странной коме. Что удручало ещё больше.

Конечно, я не великий целитель, хотя и могу устроить чудеса оживления изувеченного тела. Будь у друга открытые раны или переломанные кости, он уже бегал бы и прыгал, как ни в чём не бывало.

Но тут у него однозначно, некий затык в психике. Или в мозгах? Не знаю как правильней… Поэтому мои умения тут пасуют. Нужен специалист. Ещё лучше - консилиум специалистов. Или… попросту время, которое лечит всё, как утверждают философы.

Придя к таким выводам, я печально вздохнул, осмотрелся по сторонам, и стал вставать. Следовало вновь грузиться по серпансам и отправляться дальше. Но ещё раз дёрнувшись взглядом в сторону ближайшего холма, не удержался от непроизвольного восклицания:

- Йети …твою эпическую гайку!

Причём первое слово ни в коей мере не являлось ругательством.

А именно существительным, обозначающим лохматое существо, живущее по легендам в горах и никогда не показывающееся на глаза людей. Но в данном случае двух с половиной метровая образина громадными шагами спешила ко мне, и с ясно читаемыми намерениями протягивало вперёд свои лапы-крюки. Ещё и мычало при этом с гастрономическим вожделением.