Молчание цвета

Платок был рождественским подарком для тети Наринэ, но Эва рассудила, что от тети не убудет, если она разочек выйдет в ее подарке в свет.

Набрызгавшись духами и нацепив на нос солнечные очки, она бесшумно выскользнула во двор.

– Не ну ты представляешь? – рассказывала мне вечером с негодованием Каринка. – Просыпаюсь от грохота – это, оказывается, входная дверь захлопнулась. Выбегаю в пижаме на улицу. Хорошо, что она в моих сапогах была, иначе я бы ее не догнала! Вообрази лица родителей Беатрис, к которым она бы явилась ни свет ни заря! За два дня до праздника! Вот ты мне скажи, почему она в меня пошла? Почему не в тебя, например? Или в какого-нибудь другого вареного веника?

Я мычу в ответ нечленораздельное.

– А что, кузина Маргарет действительно умеет выдувать левой ноздрей мыльные пузыри? – увожу разговор в сторону я.

– Действительно.

– Как?

Каринка смотрит на меня долгим немигающим взглядом.

– Повторить хочешь, дебилик-джан? Запоминай: закапываешь в нос мыльную жидкость, зажимаешь одну ноздрю пальцем и выдуваешь.

– И куда ее родители смотрят?

– Туда же, куда наши смотрели!

– На надпись «Оставь надежду всяк сюда входящий»?

– Именно!

На следующий день Каринка получила новую интригующую смску: «Mommicka, i need a big piano!» Ехала за дочерью с ужасом в сердце. Представляла, как букмекерские конторы принимают ставки: один к тысяче, что школьный рояль придется поджечь, чтобы отодрать от него Эву.

В музыкальном классе Каринка застала дивную картину: на крышке рояля, с обоих концов, сидели две учительницы, мисс Малавайз и миссис Крамер. Эва же, вцепившись в крышку рояля, пыталась ее поднять.

– Нет, Эва, нет, – увещевали хором учительницы. – Рояль – не игрушка, нельзя по клавишам дубасить чем попало!

Эва молчала.