Молчание пирамид

Если бы раньше знать, как все просто! Посмотри, такой камень никогда бы сам не вышел!

Привыкшие к своим болячкам, госпитальным койкам и откровенным разговорам об интимных недугах, давно страждущие больные обычно ничего уже не стеснялись, не комплексовали и быстро находили общий язык с незнакомыми людьми.

Саша достала из сумочки салфетку, развернула и показала х-образный, рогатый камешек.

— А он вышел! — заключила она торжественно. — Представляешь? За один сеанс!.

— Я провидец!

— Серьезно, что ли?

— Правда, я еще не волшебник и только учусь…

— Спасибо тебе, — она погладила его руку на руле, и движение это было искренним.

— Пока не за что!

Самохин понимал ее откровенность: теперь они были причастны к таинству, вместе испытав чудесное излечение от волшебных рук одного необычного и загадочного целителя. Это может связывать незнакомых, случайных людей, ибо совершилось приобщение к некой истине, которая делает обычные условности и предрассудки пустыми и никчемными.

— Неужели он в самом деле лечит метеоритами? — будто бы размышляя, спросил Самохин. — Как ты думаешь?

Она смутилась.

— Не знаю… Но разве это важно? Главное, есть результат!.. А тебе не помогло?

Представить ее в качестве подставной у целителя сейчас было невозможно. В ее синих глазах плескался безмятежный восторг, обладавший притягательной силой: хотелось смотреть на нее, любоваться, как она говорит, смеется или невинно шепчет о своих недавних страданиях.

— Нет, погоди! — Раззадорилась Саша от его пессимизма. — Ты когда-нибудь испытывал такое?.. Ну, что поражает воображение?

— Испытывал, — серьезно обронил Самохин.

— И что это было?

— Казнь.

— Казнь?!.. Ты что, видел, как казнят человека?

— В кино, еще в детстве. Одному русскому князю кочевники лили в рот расплавленное олово.

— Кошмар… Ну и что?

— Поразило воображение…

— И как это проявляется?

— До сих пор вижу во сне.

— А что-нибудь положительное? Например, красота природы? Или какое-нибудь чудо? Откровение!

— Нет, положительное не поражало. Не видел еще чудес.