Моя поневоле

Отчаяние. Безумная боль – вот что звучало в ее голосе.

Они согрели душу. Дали веру в то, что и правда есть что-то настоящее в этой девочке. Гордой упрямой стерве. Кто бы мог подумать, что так сильно западет мне в душу именно такая? Я ведь никогда не влюблялся. Женился на той, кого семья выбрала. Сочли подходящей. Ничего к жене не чувствовал, как чужие жили. До того как встретил Марго равнодушно к женщинам относился. Как к способу сбросить напряжение. Не верил, что можно с ума с ходить по другому человеку, подыхать от желания.

Когда Марго увезли, мне удалось отбиться. Не дался Волкову в лапы, ушел. Это стало для него роковой ошибкой, концом. Но я понимал, что тут задействован кто-то из своих. Рустам. Продал меня, сука. Чтобы выманить старого лиса, нужно было никому не давать о себе знать. Эта мразь залегла на дно, в такую дыру, до которой так просто не доберешься.

Только брату весточку послал. Чтобы вытащил Марго.

Я не мог даже мысли допустить, чтобы она была с этой мразью. Пришлось делать выбор.

Сейчас, похоже, пришла расплата. Марго считает меня самовлюбленным эгоистом. Ей никто не сказал, что я выжил. Я так велел. Потому что мог сдохнуть по-настоящему, в любой момент. Потому что шел на риск. Зачем девочке оплакивать меня дважды? Разве это не более жестоко?

Только ей не объяснишь, слушать не хочет, а я и двух слов рядом с ней связать не могу.

Дикарка кусает меня до крови, показывая у кого теперь власть. Когти наточила, будет теперь упражняться в садизме, тренироваться на мне?

Что остается? Смириться. Потому что не отпущу. Теперь уже нет. Моя. Она стала моей с самого начала поневоле. Я не хотел. Сопротивлялся. Мы оба боролись друг с другом. Теперь я вернулся, чтобы бороться за нее.

Глава 23

Марго

– Ты правда его укусила? – заливисто смеется Вилена.

– Не вижу в этом ничего смешного, – отвечаю хмуро. – Он сам виноват.

– В этом я даже не сомневаюсь, дорогая, – снова хихиканье. – Боже, это так классно! Нет, правда, я серьезно! Твой рассказ очень сильно порадовал меня! Просто восторг!

– Не понимаю почему, – вздыхаю, глядя на Вилену. – Уже жалею об этом. Это было глупо. Он разозлился. Не хочу расставаться на такой ноте.