Моя по договору

Артём отстранился от меня, ожидая хоть какого-то ответа с моей стороны. В моих глазах стояли слезы. Я испытала огромный спектр эмоций, а, главное, радость от того, что этот мужчина теперь мой.

Неожиданно раздался плач моего сынишки, и я, не говоря ни слова, вылетела из кухни в спальню. По правде сказать, это произошло очень кстати просто потому что, оставшись там, я бы сдалась на милость этого человека.

Пока кормила малыша, я судорожно приводила свои мысли в порядок. Наконец, настало в моей жизни время, когда я могла в полной мере почувствовать себя счастливой и самодостаточной женщиной.

Ведь у меня появилось самое дорогое и прекрасное создание — это мой сынишка Владик, любимое дело, которое приносит неплохой доход, дорогие моему сердцу люди — две близких подруги Алина и Ева. И, конечно же, Клара Альбертовна. А еще есть Артём. Надломленный человек с очень сложной и раненой душой. Готова ли я приложить усилия к тому, чтобы ее исцелить?

Владик наелся и моментально заснул. Я осторожно положила сына в кроватку и направилась к выходу.

Остановилась, закрыла глаза и сделала глубокий вдох, после чего вышла из комнаты, притворив за собой дверь.

Артём стоял возле окна, руки находились в карманах брюк. Он не повернулся ко мне, продолжая молчать и разглядывать яркие фонари за окном.

— Артём…

— Ты никогда не сможешь простить меня? — его голос прозвучал глухо, но я услышала в нем столько боли и страданий, что меня бросило в дрожь.

— Я…

— Да конечно, — он резко повернулся, — как можно простить такие поступки? Господи, Рита, сколько же ты натерпелась от меня? Как ты вообще смогла это выдержать?

— Мне было непросто, — тихо ответила я, не сводя с него глаз.

Несколько минут мы сверлили друг друга глазами, не двигаясь и не говоря ни слова. Каждый пытался понять, что делать дальше. Мне хотелось обнять его и получить то же самое в ответ. Искренне. И навсегда. И не думать, что в скором времени нам придется снова решать проблемы, обижать, плакать или снова страдать.

А лишь наслаждаться прекрасной жизнью, начатой с чистого листа.

— Прости, — едва уловимый шепот Артема нарушил давящую тишину. Он подошел ко мне совсем близко и опустился на колени. Данилов взял мои руки и поцеловал каждую, после чего вернул свой взгляд к моим глазам. — Ты необыкновенная, Рита. Таких женщин, как ты, больше нет. Стань моей, вернись, прошу, — просьба прозвучала совсем тихо. — Иначе я просто сдохну без тебя и сына.

— Я не могу иначе.