Моя по договору

Теперь уже не сдерживалась, просто рыдала без остановки, пока в комнату не вошел ублюдок, которого я ненавидела всем своим существом. Подонок, разрушивший мою жизнь. Сволочь, заставившая почувствовать меня падшей женщиной. Он разделся до трусов и лег рядом, разглядывая меня своими маленькими поросячьими глазками. Я не видела ни единого сходства между ним и Артемом. Не зная, что они отец с сыном, никогда бы не подумала, что между ними есть хоть какая-то родственная связь, не говоря уже о самой близкой.

В дверь постучали, и Данилов старший набросился на мои губы своим мерзким и отвратительным ртом.

Меня чуть не стошнило. Не дождавшись ответа, Артем вошел в комнату. Я не видела, но слышала, как отворилась дверь. Внутри меня все оборвалось, когда я перевела на него свой взгляд. Застывшее изумление, ярость и боль — далеко не все, что я увидела. Мое сердце разрывалось на куски, я потеряла себя в этот миг. Меня больше не было, я превратилась в пепел. Даже это определение не выражало в полной мере мои чувства.

— Сынок, я немного занят, — нагло улыбнулся Григорий Вячеславович.

Артём вышел, а я, накинув первую попавшуюся вещь, выбежала следом. Не знаю, что я собиралась сделать, я просто пыталась догнать его.

— Артем, послушай…

— Закрой рот, и больше никогда не заговаривай со мной, стерва! — его глаза, налитые кровью, испепеляли меня.

— Артем, все совсем не так! — я не понимала, что говорила или хотела сказать.

— Ты спала с моим отцом! — он был вне себя от ярости. Артём кричал на весь дом, словно раненый зверь.

Я никогда не видела Артема в таком состоянии. — Все это время ты спала с моим отцом! Что ещё может быть не так?

— Тема, пожалуйста, — мои рыдания звучали все громче. — Все совсем не так, как ты думаешь.

— Я привык доверять собственным глазам, Рита. Больше никогда не приближайся ко мне, ты мне противна, — все еще на повышенных тонах говорил он. Его лицо исказилось то ли от отвращения, то ли от боли, но выглядел в этот момент Артём весьма устрашающе. — Какая же ты стерва!

— Артем, я не спала с ним, — я рыдала в голос, не имея возможности остановиться.

— Правда? — неестественно рассмеялся он. — А как ты это объяснишь? Ты была обнаженная, как и он, — Артема передернуло. — Эта картина навсегда будет у меня перед глазами. Ты омерзительна.

— Артем, прости…

— Я ведь дал тебе достаточно денег, неужели мало? Продажная душонка, — его лицо вновь исказилось от боли и неприязни ко мне. Я сама себе была противна, хоть и ничего плохого не сделала.