Моя неотложная помощь

 – Ты, я и дети.

– Но второй малыш не твой, – напоминаю, хотя сердце ёкает.

– Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы он и ты считали иначе, – твёрдо обещает Марк.

К глазам снова подступают слёзы. Из-за гормонального всплеска беременные очень чувствительны. Слова мужчины действительно трогают душу, и так хочется поверить, но я отвечаю:

– Мне нужно подумать.

– Ты ничего не теряешь, – быстро добавляет Власов. – Если не захочешь, мы пока можем не регистрировать брак.

– Предлагаешь взять тебя папой на испытательный срок? – смеюсь сквозь слёзы, которые всё-таки покатились по щекам.

– Если бы я боялся трудностей, не стал бы врачом.

Вытираю слёзы и поднимаюсь.

– Пошутили, и хватит. Тебе пора.

– Соня…

– Спасибо за омлет.

Провожаю его до двери, и тут он резко разворачивается, явно собираясь что-то добавить, а я не успеваю остановиться и врезаюсь в него. Власов машинально подхватывает меня, и в полутьме коридора я вижу, как блестят его глаза и приоткрываются губы.

Проклятая чувствительность!

Глава 21

Третий день тренинга начинается весело – мои девочки, тайно сговорившись, приносят воздушные шары, внутри каждого из которых видны листы бумаги, и дарят тем, с кем вчера работали в парах. Заинтригованные врачи, чтобы прочитать записки, колют ручками шарики, вокруг раздаются вскрики, смех, новые хлопки.

– Это было на одном из моих прошлых тренингов, – объясняю докторам. – Практика называется «Сокровище». Возьмите по листку и напишите что-то хорошее, вдохновляющее и обязательно связанное у вас с человеком, которому вы подарите шарик. Дарить можно сколько угодно и кому угодно. Итак, поехали!

Мне тоже дарят шарики, и так приятно читать благодарности.

«Ты лучшая женщина на свете, – написал Женя. – Я хочу быть хорошим отцом нашему ребёнку».

Поднимаю голову и оглядываюсь в поисках Филатова. Он стоит у палатки и помогает надувать шарики. Заметив, что я смотрю, передаёт коробку Любе и идёт ко мне с довольным видом.