Моя ненормальная (СИ)

 — Ну что? За ватой или за сосисками?

— За сосисками! — радуюсь, как ребёнок.

Евгений покупает сосиски и ягодный чай. Присаживаемся на лавку, меж двух огромных пластмассовых ног какого-то ковбоя и с удовольствием лопаем нехитрый, но безумно вкусный перекус.

— Как думаешь, что главнее в нашем мире сосиска или сарделька и от чего у этой колбасы такое смешное звучание.

— Не задумывалась, — откусываю щедрый кусок. — На самом деле слово ""сосиска"", это непонятное слово даже для славян, у болгар это КРЕНВИРШ. Я однажды сосиску просил в кафе Польши, на меня смотрели продавцы, словно я их матом обругал, надо было просить ПАРУВКУ.

Прыскаю со смеху в кулачок и поглядываю на этого вечно серьёзного парня. — Как я понял, сосиска старше по значению чем сарделька, ибо в описании, сарделька, это не что иное, как короткая и толстая сосиска. Правда в старинных русских книгах долго не могли решить, как писать это слово сАсиска или сОсиска и даже в одно время решили, что нет разницы! А кто не хотел долго думать о правописании сосисок, тот писал их как ШПИКАЧКИ. -Ммм, круто. Этот небольшой экскурс для чего?

— Для того, чтобы ты понимала. Не знать или бояться не стыдно, — поднимает руку и своей салфеткой стирает соус с моих губ. — Ну что подкрепилась? Поехали дальше!

— Дальше? — выкидываю стаканчик в мусорное ведро.

— У нас ещё русские горки, — коварно улыбается.

— Признайся честно, — откровенно смеюсь. — Тебе просто нравится держать меня за руку.

— Да, — совершенно серьёзно отвечает и делает то, чего я ни как ожидать не могла.

Поднимает наши сцепленные руки вверх и целует мои пальцы…

….

Отворачиваюсь к окну пассажирской двери. Закрываю глаза. Специально. Чёрт, да! Мне тяжело переварить новые ощущения.

Каждый пальчик горит и свербит от его поцелуя. Но это не противно, не так, что хочется отмыться, как после касаний Самсонова. Нет. Это что-то новое для меня, неизведанное и волнующее. И до безумия пугающее.

И обсуждать этот момент, а уж тем более проживать ежесекундно не могу.

Хотя бы просто потому, что мне кажется сгорю на первых же секундах.

Поэтому и отворачиваюсь, замолкаю, пока мы едем обратно в особняк биологического отца.

Стоит начать думать об отъезде, но внутреннее Я, категорически не согласно с моим планом. Оно бунтует стоит мне только подумать о расставании с Евгением.

— Да, бляяя, — вздрагиваю и поворачиваюсь к Жене.

Расстроенное выражение лица на миг пугает, но я перевожу взгляд на лобовое стекло и…Начинаю смеяться.