МОЯ. Не отдам! (СИ)

Я слишком сильно боюсь, что меня застанут врасплох, и он словно нарочно… Нет, откуда же ему знать? Просто напугал.

Любая бы на моем месте испугалась.

Тем более, девушка в моей ситуации.

А он — кретин!

Провожу пальцем по браслету, данные еще не обновились.

Но то, что пульс зашкаливает — факт.

Мне нужно успокоиться. Нет, я уже спокойна.

Я уже спокойна, повторяю, как мантру.

Я спокойна…

Подбородок дрожит.

Стискиваю челюсти, зубы начинают стучать.

— Успокойся, Белка.

Да уж успокоишься, когда тут на мою жизнь покушаются!

Тру грудную клетку, под ребрами никак не перестанет бешено долбиться сердце.

Рвется на лоскутки, и я еще тщательнее всматриваюсь в браслет. Там мигают цифры, мигают и разгоняются.

— Я точно умру…

Внезапно экран браслета накрывает мужская рука."

"— Уйди. Мне надо смотреть. Отслеживать. Я из-за тебя едва не умерла!

— От оргазмов еще никто не умирал, — заявляет авторитетно. — На моем веку — точно.

— А ты, что, подрабатываешь счетоводом у смерти?

Какой у меня сейчас пульс? Какой? Точно запредельный!

Пытаюсь отнять руку Дана, она словно приклеенная, и он… тоже.

Приклеился к моему дивану.

— Слезь с моего дивана! — требую.

— С твоего дивана?

— То есть, со своего дивана, конечно! Но я на нем временно лежу. Мое временное личное пространство. Ты нарушаешь границы моего пространства!

— Этот дом — мой дом. Так что границы твоего микромира входят в мои, и я не размечаю границы внутри своего, — выдает замысловато.

Я ищу смысл, и он мне не нравится.

Его слова означают лишь то, что он будет вторгаться снова и снова.

При слове вторгаться между ног отзывается странным жаром и новым приливом пульсаций.

Приснилось морюшко… Теперь я буду ненавидеть море, а так нравилось на него медитировать!

— Хорошо. Уйди, пожалуйста, со своего дивана, на котором лежу я…

Пытаюсь выкрутиться, встать.

Мои движения — трепыхания на пустом месте.

Гигант лениво согнул ногу в колене и накрыл мои бедра, туго спеленал рукой, так что мои руки оказались вытянутыми вдоль тела.

И это все так быстро.

Ладно, нога. Его нога весит целую тонну!

А руки? Дан просто прошелся пальцами, нажал, и мои руки безвольно опустились плетьми, он и спеленал меня, тепленькую.

Обездвижил меня, словно мумию.

Даже дышать трудно. Дышать трудно.

Жарко.

Волнительно.

Мне в бедро уткнулась горячая длинная скалка.

Толстая скалка…

Не опадает.

Попытка шевельнуться приводит к еще более тесному сжатию.

Не вдохнуть-не выдохнуть.