Моя мишень

Я так боюсь за тебя, Боже, я за себя так никогда не боялась. Он сказал, что уничтожит тебя.

— Что он тебе сделал?

— Проводил меня до квартиры. Твоя мама сначала не пошла, потому что пешком высоко. Я отказывалась, знала, что тебе не понравится, но они и слышать не хотели! Ленёв заглянул в квартиру, дескать, вдруг там кто-то спрятался. Какой же бред! А потом он меня схватил и попытался поцеловать.

— Пздц.

— Поверь, ничего не было, я клянусь тебе. Испугалась, конечно, до смерти, оттолкнула его. Пригрозила, что буду кричать в окно, что твоя мама услышит.

Да и соседки под окном бдят чуть ли не круглосуточно, закутались в шали и сидят. Мигом вызовут полицию. Тогда он обозвал меня безрассудной дурой. Заверил, что решит все мои проблемы… если я с ним… если я буду тайком спать с ним. Говорю это сейчас и сама себе не верю! Он обещал, что ты ничего не узнаешь. Добавил, что перестанет вставлять тебе палки в колеса, что ты не успеешь оглянуться, как полковником станешь, сядешь в кабинете, зарплата в три раза увеличится и никакого риска для жизни. Дескать, в моих руках устроить нашу с тобой жизнь. Всего-то нужно… Господи, нельзя так давить на людей!

— Сука."

"— Я отказалась, конечно. Он давай орать, что я идиотка. И себя угроблю, и тебе жизнь сломаю. А так… он, оказывается, в тот раз на юбилее все видел. И перестал считать меня маленькой. И жить теперь не может, все обо мне думает. Он говорил такие ужасные вещи, Леша, спрашивал, чем ты лучше него. Оскорблял тебя. Я просила его уйти, схватила телефон. Тогда он начал угрожать, что если я посмею нажаловаться, он вывернет ситуацию таким образом, что, дескать, это я к нему приставала и просила защиты.

«Только попробуй пикнуть!» И тут твоя мама заходит, смотрит подозрительно. Он глянул на меня выразительно, и я… промолчала. Знаю ведь, что она всегда на его сторону встает. Он кивнул, сказал подумать над предложением, обнял ее за плечи и вышел. Я закрылась на все замки и сидела в квартире безвылазно. Только до Яны рискнула добраться, и то Рома за мной приехал.

Она берет меня за руку, стискивает мои пальцы.

— Боже, я боюсь, что ты мне не поверишь. И еще больше, что поверишь и что-то с ним сделаешь. Возможно, не нужно было тебе говорить. Но как не сказать? Пожалуйста, Леш, я тебя умоляю. Не совершай поступков сгоряча. Я тебя очень люблю, я все для тебя сделаю, но никогда больше не предам, даже для твоего блага.

— Блага? — поднимаю брови. — Моего блага? Что конкретно он тебе сделал физически? Четко и по пунктам.