Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

С любопытством пялюсь на женские прелести. Тут сиськи маловаты. Здесь волосы короткие, у долговязой вообще походу дистрофия или цинга.

— Хочу тебя, — жарко шепчет на ухо Ладушка, отвлекая от занимательной идентификации.

Оборачиваюсь, инстинктивно опуская ладонь с хрупкой талии на мягкие аккуратные ягодицы. Сжимаю пятернёй одну булочку, замечая, как из ротика вылетает короткий вздох. Это тут же вызывает кучу пошлых картинок в голове. Одна из них утренняя… С воздушным облаком медных волос и её горячим язычком.

Усмехаюсь, когда рыжуля обводит им губки.

Смотреть приятно, предвкушать предстоящую ночь — охренительно до скрипа за грудиной.

Прекрасно знает, о чём я думаю сейчас, зараза. Провоцирует, дразнит, ластится, томно дыша. Спуска не даёт ни секунды.

Трахаться хочется дико. До ора и сжатых зубов.

Если бы в этой куче не было Алиевой в коротком блестящем топике и красных трусах, которые она засветила для доброй половины универа, уже сейчас бы прыгнул в тачку и натянул на себя податливое, мягкое тело.

— Поедем? — снова звенит возле уха с придыханием.

— Потерпи, малыш, — коротко целую в висок. — Устала?

— Немного.

В который раз набираю Карамелине, но её телефон, ожидаемо, скорее всего где-нибудь в сумочке за столиками.

Поправив часы на запястье, снова отправляюсь сёрфить глазами по пьяным мордам. Когда взгляд засекает крохотную тёмную головку, склонённую к перекаченной груди Офицерова, мотаю головой.

Да нет, блядь. Не она это.

Платье ещё сука такое же, как на всех, в этом зале.

Заинтересованный взгляд падает ниже, на аппетитную округлую задницу.

Сто процентов не она.

Да и чтобы принцесса обжималась с первым встречным? Херня это.

Мия не такая.

Чистая, светлая малышка. Любого порву, кто дотронется. Всю жизнь защищал и защищать буду.

До старости.

Правда, выросла такая взрывная Карамелина, что она сама за себя постоять может. Усмехаюсь, опуская глаза.

— Громов, ты меня бесишь, — моросит Ладка. — Что ты докопался до своей этой Алановой?

— Алиевой.

— Да хоть какой, — дует губы.

— С меня её отец три шкуры сдерёт.

— Я с тебя сама три шкуры сдеру, — обещающе, как бы невзначай, царапает коготками по щеке. — Хочешь?!

— Пфф… — тяну, ощущая скрежет в штанах.

— Я устала.

Началось. Как она по подиуму своему километры наматывает, если чуть что и устала?

— Давай, я тебя отвезу и метнусь обратно.