Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

Изумлённо разглядываю… Ладу Милованову в увеличенной в тысячу раз версии. Фотографию эту я находила в соцсетях модели.

Эффектно.

Рыжая в одном тоненьком кружевном белье стоит на коленях, приоткрытым ртом тянется к мужской руке, держащей с помощью деревянных палочек ролл.

Но главное в провокационной уличной рекламе — кричащая надпись на весь плакат:

«Дашь мне в ротик?» и телефон местного суши-бара.

Боже, позор какой. Ещё и на центральном перекрёстке города…

Резко отворачиваюсь, чувствуя гул в ушах. Со мной такое часто бывает.

— Надеюсь, это шутка, — приподнимает брови Лёва. — Вряд ли Громов бы одобрил.

— Лада — модель. Постоянно снимается в рекламе.

— Ну, у всего ведь есть предел.

— Возможно, — пожимаю плечами и ещё раз украдкой поглядываю на плакат.

Можно позлорадствовать, но во мне вдруг поднимается волна ревности.

Всё-таки красивая она. Хотя кожу и хочется выбелить с помощью щётки.

Фигура что надо и рот… немаленький. Перед тем как заглянуть в свою персональную комнату пыток и вспомнить о Мироне Громове, резко разворачиваюсь к Демидову:

— Ты считаешь Милованову красивой?

Мой парень на секунду отвлекается от экрана телефона и ещё раз небрежно осматривает Ладку.

— Ничего особенного, — даёт свой вердикт Лёва. — Красивая для меня ты, Ми. Да и не люблю… рыжих.

Я тоже, — думаю про себя и удовлетворённо вздыхаю.

Глава 22. Следствие ведёт… Мирон

— Мирон, — по-отцовски сжимает моё плечо Руслан и усаживается за рабочий стол.

— Да… вроде неплохо.

— Учёба? После Европы адаптировался?

— Сессию закрываю. Пока без хвостов.

— Молодчина. Родина и мы тобой гордимся.

— Спасибо, — смеюсь. — А… как Мия?

Алиев прищуривается и складывает руки на груди.

— У Мии всё хорошо. Были проблемы с зачётом, но это решилось.

— Она с Демидовым встречается?

— Да, — хмурится.

— Ясно, — отвожу взгляд. — Как он вам вообще?

— Лев взрослый, здравомыслящий. С чёткими целями на жизнь.

Вот оно как? Ухмыляюсь как-то по-дурацки.

— Ну и, в конце концов, — продолжает. — Рад, что Мия выбросила из головы все глупости. Уже не раз говорил тебе, первая любовь — ненадёжный фундамент для будущей жизни. Я и сам через это прошёл.

Отвернувшись, прожигаю взглядом чёрный лакированный мини-бар и сжимаю кулаки одновременно со скрипнувшими зубами.

Нет, блядь.

Нет, нет и нет.