Моя любой ценой

До безумия страшно!

Мы одни с ним в огромном доме!

Те мужчины, что стоят за окнами, уж точно ничем мне не помогут! Даже наоборот! Все может стать только хуже, если они войдут в этот дом!

А если…

Сердце вылетает, забившись где-то в горле от одной мысли об этом.

Если Север решил отдать меня ему?

Попробовал сам, ему не понравилось или надоело, вот и решил поделиться…

У них, похоже, это как-то в порядке вещей…

Вот и в том доме в лесу говорили, что меня отдадут амбалам, если после Кобры от меня хоть что-нибудь останется…

Боже! Только не это!

Секунда – и Гордей оказывается совсем рядом.

Так близко, что почти касается меня.

- Ты что себе позволяешь? – его рука оказывается на моем горле, заставляет поднять голову резким рывком вверх.

- Решила, раз хозяин уехал, можешь разгуливать по дому? Кем ты себя возомнила, сучка, а?

Холодею. По коже расползаются ледяные мурашки озноба.

« Уехал» - стучит в висках.

Куда? Как надолго? Как далеко?

Уехал и оставил меня на Гордея, так, получается?

– Я… - очень стараюсь, чтобы мой голос не дрожал, но это просто невозможно!

– Мне просто стало немного лучше, и… Я всего лишь вышла из комнаты за едой…

Хозяин…

Странное ощущение от этого слова.

Как в средние века, ей-Богу! Не начальник, не босс, - ведь Гордей явно ему не друг, не партнер и не приятель, это было понятно с самого начала, что он работает на Севера. Но – хозяин?! Совсем уж как-то дико. Хотя… Что не дико из того, что случалось со мной в последнее время? Да все! Абсолютно вот все!

Но почему-то я твердо уверена, каким-то внутренним знанием, что с « хозяином» мне было бы проще.

Даже тогда, в его кабинете, после всего, что случилось в лесу, я могла гордо вздернуть голову и что-то ему говорить, как-то противоречить.

Но вот с этим…

Нет, с ним гораздо страшнее.

Лучше и рта не раскрывать, а еще лучше – никогда бы больше с ним не видеться!

Опускаю глаза, стараясь даже не пересекаться с полыхающим яростью взглядом. Его губы плотно сжаты и кажется, что он совсем бы не прочь сдавить мое горло намного сильнее!

– А, знаешь, я его даже понимаю теперь…

Хватка на горле вдруг ослабевает.

Пальцы Гордея с нажимом опускается по моей шее вниз, заставляя меня зажмуриться.

- есть в тебе что-то… Такое… Необычное…

Рука скользит ниже, обводит контур моего тела.

А у меня замирает дыхание.

Мы в доме одни… Север уехал… Что ему помешает сейчас сделать со мной все, что угодно? О, Боже!

Его голос меняется, становится тише, наполняясь хрипом. И дыхание. Частое-частое.