Моя любой ценой

– Вы должны были связываться со мной напрямую!

Его голос грохочет, раздается по всему кабинету. Мне кажется, его гнев сейчас заставит окна расколоться и выстрелить.

– Но… - бормочет кто-то…

– Влад, любимый! – раздается вдруг женский голос. Такой сладкий, что будто увязаешь в патоке.

Но он тут же меняется, переходя на визг.

– Что? Тты… Ты же сказал, что у тебя дела, а сам всю ночь здесь трахаешься с какой-то драной кошкой? Кто она?

– Замолчи, Милена, - припечатывает сталь с нотками угрозы. – Все пошли вон из моего кабинета.

Слышу топот, сбивчивые извинения, и все же напоследок еще делают несколько фото. Правда, на этот раз вспышки совсем редкие.

Съеживаюсь за могучей спиной, мечтая о том, чтобы превратиться в невидимку.

Даже жуткая боль отступает от этого кошмара!

– Влад! – женский голос уже звучит плаксиво, умоляюще. – Влад, мы же… У нас же все серьезно, а ты… Мы…

– Вон, Милена. Я сказал – всем вон! – он произносит слова тихо, каждый слог будто бьет при этом наотмашь.

– Но…

Не знаю, что заставляет ее резко замолчать.

– Да, конечно. Прости…

Дверь хлопает слишком громко. Мы наконец-то остаемся одни.

Глава 13

Северов разворачивается ко мне. Взъерошенный, с полыхающим злостью взглядом.

Черт! Да даже если бы нас не застали за этим, сразу понятно, чем он занимался! Шея вымазана моей помадой. Через не застегнутую до конца рубашку виднеются следы моих ногтей.

Обхватываю себя руками.

По мне не просто поезд, все поезда мира, кажется, сейчас проехались! Мало того, что внутри все обжигает, так еще и все видели, что мы тут делали! Вернее, он, конечно, делал со мной, но кого это волнует!

О, Боже!

Это шок.

Тело становится слабым. Не могу даже пошевелиться. Только удушливая волна не проходящего кошмара накрывает с головой.

– Оденься, - еще один хлесткий приказ. Мне на колени летит мое платье.

Соскальзываю со стола, еле держусь на деревянных ногах. Меня шатает.

А в глаза стразу же бросаются ошметки ярко-красного кружева, которое было моим бельем. Сразу у входа. И перед столом. Яркие лужицы. Будто специально брошенные на самом видном месте!

Голова совершенно пустая. Ни одной мысли.

Механически натягиваю платье, не сразу попадая в рукава и горловину, запутываясь, шатаясь.