Моя любой ценой

– Как ты оказалась в том проклятом доме? Что вообще могла делать рядом с таким, как Кобра? Чем жила раньше?

Глава 51

– Разве ты не узнал обо мне всю подноготную, - пожимаю плечами.

Очень сомневаюсь, что Влад, оставляя меня в своем доме, не выяснил самых малейших мелочей обо мне.

– Есть вещи, которые важно услышать, - тихо произносит почти мне на ухо.

Ровно и вкрадчиво одновременно.

Гладя мою щеку, плечо.

Прикрываю глаза и начинаю рассказывать.

То самое, из чего состоит человек. Мелочи, которых не найдется ни в какой сводке, даже самой подробной.

Как росла, о чем мечтала. Как впервые приехала в столицу. Задыхаясь от восторга и огромных планов, чувствуя, будто горы могу свернуть, точно зная, что покорю столицу и буду счастлива.

Ничего примечательного. Все как у всех. Все так мечтают, прежде чем затеряются в огромном городе. Или попадут в какую-то ужасную мясорубку. В жернова, которые способны размолоть и не заметить.

Говорю, - и все куда-то отходит.

Все страхи, тревоги и напряжение последних дней.

В уютном домишке на одну комнатушку уютно трещит огонь в камине.

На губах перекатывается вкус удивительного терпкого вина.

Подо мной размеренно вздымается крепкая грудь, а в кольце рук, что меня поглаживают, так надежно…

Вся опасность уходит. Даже кажется, что мы близкие люди. Влюбленные, которые просто открывают сейчас друг другу свою душу. Даже с подругами я таких задушевных разговоров никогда не вела.

Влад напрягается, когда упоминаю Юрку. Его рука сжимает мое запястье чуть крепче. Но он не перебивает, и я продолжаю свой рассказ о том, что произошло той самой новогодней ночью, с которой, как мне кажется, прошла уже целая вечность.

Чем больше я рассказываю, тем сильнее напрягается его грудь.

Слышу хруст зубов, дыхание становится зверским. Его кулаки сжимаются.

– Так что я сказала тогда, в машине, чистую правду, - завершаю, сглаживая самые отвратительные моменты о том, как тот урод меня лапал, как выкручивал соски и бросил животом на подоконник, забирая платье и пристраиваясь сзади, чуть не изнасиловав.

Говорю, и сама ужасаюсь.

Действительно, я ведь впервые видела смерть.

Не какую-нибудь, от старости, болезни или несчастного случая.