Если твой босс... монстр!

Одним движением он избавился от вилки, посмотрел на нее, как на нечто досадное, но не стоящее особого внимания, отбросил в сторону, и прошипел:

— Как ты посмела, ведьминское отродье?

Не знаю, что нового я увидела в его глазах, кроме безумия и ненависти, но поняла: вот он, мой конец — пришел и стоит туточки.

— Как посмела?.. — повторил лорд, потянувшись ко мне.

— Ки-и-ир! — в ужасе завопила я, понимая, что не успеваю ни вскочить, ни отползти. — Ки-и-ирстен!

Огромная рука приближалась… Я уже хотела малодушно зажмуриться, и тут неведомая сила отбросила Джаронара в сторону, давая мне возможность ускользнуть.

Артур…

Мой бывший сокурсник, враг, кошмар университетских лет и моя первая безответная любовь — это он пришел мне на помощь и остановил отца. К сожалению, только на время. Силы, как и в моем случае, оказались неравны.

Оба Верле дрались, но это был бой взрослого матерого кота с неразумным котенком. Все закончилось почти мгновенно. Рывок, подсечка — и Артур неудачно приземлился на каменный пол у потайного хода, приложился спиной о стену, да так и остался лежать. Но Джаронару этого показалось мало. Он развернулся и направился к сыну.

— Не смей стоять у меня на пути, щенок, — процедил он и занес кулак для удара. Для удара, который мог стать последним…

Это выходило за все рамки, за все нормы, за все, что делает человека человеком.

— Нет! Прекрати… Слышишь? Остановись.

Я судорожно озиралась, в поисках хоть чего-нибудь, что способно отвлечь или остановить обезумевшего мужчину.

— Тебе жалко эту навозную кучу, в воспитание которой я вложил столько средств, ведьма? — Верле неожиданно опустил руку. — Поздно. Раньше твое согласие подлило бы ему жизнь, а теперь…

Замах повторился, но и я была готова, потому что поднос… спасительный поднос оказался рядом. Хорошего броска не вышло, но я все же попала Джаронару в голову.

— Он же ваш сын!

— Неудачная попытка, на которую я возлагал некоторые надежды. Не более, — скривился маг. — Ставка не сыграла.

Больше всего меня сейчас беспокоило состояние Артура. Он не шевелился, не проявлял никаких признаков жизни, но я надеялась, что парень просто потерял сознание, поэтому продолжала отвлекать старшего Верле. Когда-то я читала, что с душевнобольными нельзя спорить — нужно соглашаться и говорить спокойно.