Если твой босс... монстр!

Секунда…

Вторая…

Третья…

«Девочка моя… Ева…» — донеслось из смутной, немыслимой дали, и я, не сдержавшись, всхлипнула. Потому что, хоть и была упрямой, непоколебимой, сильной ведьмой, а слезы, они как-то сами по себе существовали, порой появляясь, даже против моей воли.

«Кир… Кирстен»… — закричала я, пусть и мысленно, но отчаянно и «громко», вкладывая в зов все силы.

Но, на самом деле, слова… они не кричались, а шелестели неразборчивым шепотом — так, будто каждый слог давалась мне с большим трудом.

— Закрепляй! Закрепляй связь, дочь! — сдвинув брови, отрывисто приказал Димари.

Я не могла подвести его… Его, Кира, себя саму, Муру, даже Зимину, которая, наверняка, места сейчас в академии не находит от беспокойства. Энергия полилась живительным ручейком, подпитывая нужный вектор и ослабляя меня, но это не имело значения. Магия — ничто, по сравнению со свободой и… любовью.

— Отанэ наетори нэлл… — словно сквозь вату доносился до меня протяжный речитатив отца, вплетающего в мою нить точные «координаты» подземелья, где мы находились.

"В Мидгарде для обозначения местоположения не использовали привычные на Земле градусы-минуты широты и долготы, здесь учитывалась лишь магическая составляющая заданной точки. Димари, в отличие от меня, прекрасно знал ее и мог озвучить, а Марвелл, без сомнения, так же отлично его понимал.

Отец тоже слабел: стремительно, с каждой минутой, каждой секундой — я почти физически это ощущала. Заклинание, которое он активировал, истощало его, забирая последние капли магии.

Снаружи моросил мелкий дождь. Рассвет еще не наступил, но иногда, сквозь толщу деревьев, просвечивала блеклая полоса зарождающегося утра.

Я увидела троих мужчин, судя по всему, охранников шахты. Они тихо переговаривались, иногда отхлебывая что-то из фляжки, которую то и дело передавали друг другу. На пару секунд мужчин закрыла от меня странная угловатая тень, а когда она исчезла, патрульные уже лежали на земле связанные по рукам и ногам, да еще и с заклеенными скотчем ртами.