Моя любимая лгунья

Но когда я вижу ее в деле, внутри всей той рутины, которая окружает ее, я понимаю, что ей это по крайней мере нравится и она принимает свою жизнь такой. Хотя, возможно, очень сильно ошибаюсь.

В спальне я переодеваюсь в удобные джинсы и топ. Беру сумку побольше и уезжаю в город.

В клубе, котором я на самом деле не планировала никакой вечеринке, быстро приняли мой заказ.

Оставалось еще одно. И написав пригласительное сообщение, я разослала его всем, кого знала и кого хотела видеть. Над именем Арсения я зависла. Ведь если отправлю ему, то он поймет, что я сделала это только что, как было на самом деле.

Ответы стали приходить мгновенно, и я довольная отправилась за платьем. Разумеется, в моем гардеробе было много подходящих нарядов, но в этот раз я покупала что-то, чтобы понравиться парню. А это случилось со мной впервые.

Арсений заинтриговал меня, и мне хотелось узнать его. Хотя бы для начала. Я не умею распознавать знаки, но, быть может, он тоже не против?

Я выбрала нежно-голубое платье до колен с завязками на шее, а не на бретелях.

Пока ехала обратно, не могла не улыбаться. Мне скоро исполнится восемнадцать, и в моей жизни появился парень, который мне нравится.

Идеально, разве нет? Лучшее совершеннолетие.

Но все настроение развеяла мама.

Сейчас это означало что-то плохое. И пока я не успела задаться вопросом, что конкретно ее ввело в это состояние, она сказала сама:

– Ты познакомилась с приемышем Камиллы?

Глава 4

Подача вопроса была унизительной и оскорбительной для Арсения и самой тети Камиллы. И более того, я собиралась выяснить, что она имеет против этого факта как знакомство.

– Да. Ты против?"

"– Боже, Таисия, – она воскликнула так громко, схватившись за сердце, что наш садовник обернулся. А ведь мы стояли внутри дома.

– Мама, я не понимаю в чем проблема? Тебя сейчас будто удар хватит, – поставила пакеты с покупками на пороге, где мы начали разговор, и прошла на кухню, налить ей воды.

Сегодня жарко, может, поэтому она побледнела.

– Боже, ты предлагаешь матери воду из-под крана? – на ее лице была смесь удивления и отвращения.