Моя драгоценность

Что это она, ведь решила, что хватит с неё этой глупой детской увлечённости? Улучив момент, Эли выскользнула из гостиной, порадовавшись, что водит Сигер – очень небольшой шанс, что он именно её начнёт искать. А ей срочно требовалось побыть одной, унять нелепые переживания и окончательно решить, что будущего с Вейном нет, даже когда закончится эта история с кулоном."

"Пройдя немного дальше по короткому коридору, Элетта зашла в полутёмную гостиную, где горела только одна лампа на стене. Длинный диван у стены и кресло у окна, тяжёлые бархатные портьеры, наполовину опущенные, и за ними отлично можно спрятаться, никто не найдёт и не увидит.

Даже по запаху. Слишком много людей, горящие свечи, духи, с кухни долетал аромат еды – всё это помешает учуять Элетту. Кто бы что ни задумал. Младшая Рысь дёрнула ухом с кисточкой, забралась на широкий подоконник и поправила портьеру так, чтобы её совсем не было видно, и прислонилась к стенке, рассеянно глядя в темноту за окном. Мысли скользили в голове, не задерживаясь, и невольно сворачивали к Лорану. Элетта всерьёз задумалась, не продолжить ли знакомство с ним в городе, ведь ей нравилось общаться с ним. В том числе и потому, что маркиз Эйшер не пытался за ней ухаживать, держась в рамках вежливости, и в то же время с ним было легко и приятно. Решено…

Неожиданно послышался звук открывшейся двери и в гостиную кто-то вошёл. Эли вздрогнула и напряглась, и после некоторого колебания осторожно отвела портьеру в сторону – любопытство пересилило тревогу, и захотелось узнать, кто же пожаловал в её тайное убежище.

Лучше бы она этого не делала.

Едва за Вейном и Аринтией закрылась дверь, как Тигрица развернулась в объятиях барона, закинула руки ему на шею и прижалась к его губам в страстном, долгом поцелуе. Окаменев, Элетта не могла отвести от парочки взгляда: Вейн, крепче обняв Аринтию, не торопился отпускать её и прерывать поцелуй, его ладонь медленно провела по спине девушки вверх, а пальцы погладили обнажённую кожу над низким вырезом. Тигрица издала негромкий томный стон и прильнула ближе к Вейну, и щёки Эли вспыхнули от этой картины.

Выглядела она совершенно непристойно… Но отвести взгляда она не могла, с каким-то болезненным любопытством глядя на то, что происходило дальше. Вейн и Аринтия, не прерывая поцелуя, дошли до дивана у стены и почти упали на него, Тигрица, отстранившись от Вейнерда, тихо, довольно рассмеялась.

– Наконец-то нам не помешают, – выдохнула она прямо ему в губы.

И снова последовал долгий поцелуй.