Моя драгоценность

Могучий, с широкими плечами, роскошной рыжей шевелюрой и крупными чертами лица, он производил внушительное впечатление. Казалось, камзол на нём вот-вот лопнет по швам от малейшего движения, не выдержав напора мышц. Борсах де Модано соединил кончики пальцев, чуть прищурил тёмные, цвета красного дерева, глаза.

– И тебе доброго вечера, сын, – негромким, низким и густым голосом ответил он. – Ты не предупредил о своём приезде.

Уин пожал плечами.

– Пап, я уже большой мальчик, – с едва уловимой иронией произнёс маркиз.

 – Не думал, что до сих пор должен отчитываться перед тобой.

Герцог ничего не сказал, только полные, мясистые губы поджались.

– У меня к тебе разговор утром будет, серьёзный, – отрывисто произнёс он. – Так что перенеси все свои встречи с друзьями и любовницами.

– Я тоже хотел поговорить, – невозмутимо отозвался Уинхилд, пропустив шпильку о любовницах мимо ушей. – Мама дома?

– Отдыхает за городом, – небрежно сказал Борсан.

– Ладно, – Уин поднялся. – Тогда спокойной ночи, утром увидимся.

Покинув кабинет, он поднялся в свои комнаты, разжёг камин – будить слуг поздним вечером маркиз не стал, сам способный справиться с подготовкой ко сну. В его покоях и так убирались, бельё на кровати свежее. Уинхилд быстро разделся и нырнул на прохладные простыни, с сожалением подумав об Эоне. Он уже привык засыпать, обнимая изящное тело и вдыхая тонкий аромат её волос. Маркиз закинул руки за голову и прикрыл глаза. Ничего, уже завтра они снова увидятся, а отец со своими планами женить его на выгодной ему невесте может идти подальше.

Клан и так богат и влиятелен, имея проценты с добычи всех драгоценных камней в горах, шахты которых принадлежали родам Рубинов. Да и определённые договорённости с Алмазами не стоило сбрасывать со счетов, из всех кланов только Рубины пользовались порталами по сниженной цене. Уинхилд зевнул и коротко вздохнул. Отцу придётся смириться с той, кого выбрал сын. На этой мысли наследник клана крепко уснул.

Утром маркиз де Модано проснулся бодрый, полный сил и решимости убедить отца в своей правоте.

Он умылся, привёл себя в порядок и спустился в столовую к завтраку. Отец его там уже ждал за большим овальным столом.

– Как служба? – спросил Борсах, накладывая себе омлета с куриными сосисками.

– Неплохо, – в тон ему ответил Уин, его больше привлекли оладьи с мёдом. – Мы с Расом славно поохотились.

– Мне приходили благодарности от начальника гарнизона, – продолжил Борсах.