(моя) чужая семья

Следую за мужчиной, как безвольная кукла. В сторону папы не смотрю, как собственно и вокруг. И только в машине меня накрывает. Слёзы текут ручьём.

— Карина, успокойся, — мягко просит Кирилл, приобнимая меня. Я не вырываюсь из его объятий, наоборот. Прижимаюсь как можно ближе, продолжая рыдать.

— Ну за что мне всё это? Даже папа. Он столько времени меня не видел, не знал что со мной и как я. И вместо банального «как дела?», такое? Попытался ударить? И за что? Ведь я ничего такого не сказала. Только правду! Почему все мужчины рядом со мной хотят меня ударить? – чувствую, как Кирилл напрягается, — Неужели я довожу до этого? Но чем? Я не понимаю!

— Тихо, птичка, — гладит по волосам, — Всё прошло.

— Нет, — шмыгаю носом, — Сейчас ты меня защитил, увёл от этого. Но дальше….

— Даже не будь меня рядом, Саша бы успел.

— А что потом? – поднимаю заплаканные глаза, — Когда тебя не будет рядом. Если я такая невезучая, что со мной будет, когда ты выполнишь миссию, поставленную самому себе, и оставишь меня? Я снова притяну к себе какого—нибудь урода, который будет распускать руки, — вспоминаю Андрея и ежусь, — Почему мне так не везёт?

Сама не понимаю толком, что несу.

Какой—то сумбур в голове, который я перевожу в слова. Мне так обидно. И как с этим справиться, я не знаю.

— Карина, — Кирилл берёт меня за подбородок, заставляя посмотреть ему прямо в глаза, — Тебя больше никто не обидит, слышишь? Я клянусь тебе! – твёрдо обещает и почему—то я верю. А дальше….Происходит то, чего я никак не могла ожидать. Мужчина наклоняется и целует меня.

С осторожностью, но очень уверенно. От удивления, даже не сопротивляюсь. И в какой—то момент начинаю отвечать на поцелуй.

Кирилл…

— Ты что устроил? Какой развод? Какая жена? – кричит отец, а я лишь жду, когда он выпустит пар. Прекрасно его знаю. Встревать сейчас бессмысленно.

— Ты опозорил меня и своего брата! Твоё шоу было совсем не к месту. Ты хоть понимаешь, какой сегодня день? Твой брат вернулся домой. Он жив! Это же счастье. А ты? Вместо приветствия, продолжаешь какие—то глупые игры? Чёрт побери, Кирилл, это слишком даже для тебя! – дышит часто, и я понимаю, что он высказался.

Но не тороплюсь что—то говорить. Да, я понимал, что моя задумка выйдет лично мне боком. Искал варианты, как избавить от этого свою любимую, но не нашёл. Мы должны были вместе предстать перед родными. Так правильно. И показательно.

— Закончил? – скучающим тоном спрашиваю я, — А теперь представь, что твой любимый сынок не всё тебе рассказывает.