(моя) девочка (босса)

Слышишь?

Не верю. Я не верю ни единому слову. Нет.

- Яна, - повторяю как во сне.

- Оставь. Меня. В покое, - она четко произносит каждое слово.

Чужим, леденящим душу голосом.

- Я люблю Влада, - продолжает она вколачивать мне кол в сердце. Каждым своим словом. Каждой интонацией.

И я уже просто молчу. Слушаю и молчу. Даже не произношу ее имя.

- Ну, хватит, - Влад вырывает у меня телефон. – Что ты тупой такой?! Тебя баба посылает, а ты слюни тут развесил. Тьфу.

Вытирает свой телефон о рукав пиджака.

- В общем так, Олег.

И он уходит. Закрывает за собой дверь и остаюсь в кромешной темноте.

Закрываю глаза. И в голове так и звучат слова Яны: «Я пользовалась тобой. Я люблю Влада. Не было никаких чувств».

Опять слышу этот отстраненный, чужой голос. Это не она. Не моя Яна.

Зачем я поверил ей?

Все бабы лгуньи. И Яна оказалась не исключением. Развлеклась.

Тварь.

Глава 28. Олег

Я не сплю всю ночь. Не могу. От боли. Не только физической. К ней я уже привык.

А вот привыкну ли я к другой боли? Как избавиться от нее?

Утром меня развязывают и приводят в себя. Переодевают. И везут в аэропорт.

Я захожу в здание в сопровождении двух охранников. Смотрю в свое отражение в стеклянных дверях. Надо же, лицо даже не сильно помято. Можно подумать, что я просто не выспался. Ну, или перепил вчера.

У стойки регистрации меня обслуживает миловидная девушка.

Я смотрю на нее с ненавистью. Как не пытаюсь отстраниться, не могу. Я ненавижу ее только за то, что она тоже девка.

Продажная лживая девка, как и все.

Больше ни одной не удастся провести меня. Ни одна не обманет и не воспользуется мной.

Охранники проводят меня до погранконтроля. Но дальше в них и правда нет необходимости. Я даже не злюсь на них.

Сам ступаю через линию. И облегченно выдыхаю.

Здравствуй, моя новая жизнь! Без обязательств, без веры и без чувств.

Сильнее стискиваю кулак. До боли в пальцах.

Гул моторов. Равномерное движение. И взлет. В новую жизнь. Подальше ото всех. Забыть и проклясть. Навсегда.

Все.

Не было ничего. Стереть из памяти. Возненавидеть.

И главное – не жить жаждой мести. Нет. Это тоже чувство. А они не достойны. Даже его.

Никаких чувств больше.