(моя) девочка (босса)

- Что-то мы часто с тобой встречаемся в последнее время, - говорю я, когда мы спускаемся по лестнице вниз от колонны.

- Я здесь по работе, – отвечает она.

Как будто я здесь по зову души!

- А, вот, что ты тут делаешь? – продолжает она. – Неужели нельзя было направить кого-то с менее скучающим лицом?"

"- Слушай сюда, - я беру ее за локоть и разворачиваю к себе. Мне хочется высказать ей все, что я о ней думаю, но ее взгляд и приоткрытый от удивления ротик лишают меня возможности говорить ей гадости. Поэтому я лишь произношу с усмешкой, - помнится, при нашей первой встрече ты не скучала.

Она вся подбирается, сжимает губки и сердито нахмуривается.

- Олег, - строго произносит она, - мне кажется, нам надо поговорить.

- Правда?

- Не перебивай, пожалуйста, - уже мягче говорит она и убирает свою руку из моего захвата, но не отходит. – Тогда… это была ошибка… я не знаю, как это произошло…

Я молчу. Жду, что еще она скажет. Правда, интересно.

- Это никогда не повторится, - она поправляет и без того идеальную прическу.

- Ты уверена? – мне нравится волновать ее еще больше.

Я беру ее за запястье и притягиваю к себе.

Глава 10. Олег.

Опасная близость. Мы одни. Для фотографий оператор завел нас в какой-то глухой уголок усадьбы.

Яна свободной рукой упирается мне в грудь и смотрит через свои очки. Взгляд теперь у нее испуганный.

Я убираю ее руку со своей груди и за талию ближе притягиваю к себе. Она выгибается, отклоняясь от меня.

- Олег, - чуть слышно говорит она.

Я беру ее за подбородок и внимательно всматриваюсь в эти голубые глаза.

Хочу найти ответ в ее глазах. И я нахожу его. Потом снимаю с нее очки и приближаю лицо к ее лицу. Осторожно касаюсь губ. Жду ее реакцию.

И, когда она несмело приоткрывает рот, языком протискиваюсь в нее и меня обдает жаром. Именно не теплом, а жаром. Вынимаю язык и, надавливая, облизываю ее губы. Потом опять проникаю внутрь.

Яна начинает отвечать мне. Ее язык встречается с моим и обводит его по кругу. Потом она обхватывает мой язык своими губами и легонько сжимает его.

И это предел.

- Не могу больше, - шепчу я ей в губы. – Поехали ко мне.

Она лишь кивает.

Так не хочется отрываться от ее губ, но нам надо как-то по раздельности пройти через толпу историков и искусствоведов.

Сначала идет она, я следом, не спуская глаз с ее фигуры, покачивающейся сейчас особенно сильно из стороны в сторону. Как будто ее штормит. Она дразнит меня. Заводит. Я знаю это.

И, вот, мы уже у моей машины.