Мои убийственные каникулы

Сначала ты будешь полна до отказа, а потом я буду целовать тебя всюду, всюду…

– На помощь!

Клянусь, сначала я думаю, что этот вопль издал мой член, потому что бедняге страсть как нужна помощь: он вибрирует, в презервативе уже собирается предэякулят, и немудрено: моя красавица изогнула спину, дожидаясь, когда я наконец в нее ворвусь и отделаю ее так, чтобы запомнила на всю жизнь.

Но нет, призыв о помощи раздался совсем из другого места. Помощь нужна кому-то не у нас в гроте.

Нет. Это кошмар. Я сплю и вижу страшный сон…

– Помогите! Тейлор!

Она широко распахивает глаза и соскальзывает с меня в воду.

– Господи, это мой брат! Он ранен!

Она разглядывает свое тело, прямо-таки кричащее о крайнем возбуждении, и, секунду поколебавшись, плещет на себя холодной водой – на мой взгляд, без всякого толку. Теперь к тому, что она вся горит, добавились выпирающие сквозь мокрую ткань затвердевшие соски. Но ей не до этого, она готова покинуть грот в таком виде.

Приходится ловить ее почти что на лету. Все еще бессловесный – а как иначе, если до оргазма оставались считаные секунды? – я волоку ее туда, где лежит на камнях ее топ, и молча подаю его ей.

– Спасибо, – бормочет она, натягивает через голову топ и мчится из грота на солнцепек."

"Мне приходится прибегнуть к дыхательному упражнению и дополнить его воспоминанием о самом кровавом расследовании в моей карьере, чтобы справиться с эрекцией. Когда несокрушимый столп наконец повержен, я выбегаю следом за Тейлор из грота, на бегу натягивая рубашку и пряча пистолет.

На пляже все столпились вокруг Джуда, над ним хлопочет его сестра. Ничего себе! Одна нога у него раздулась и стала похожа на дыню.

– Медуза! – сообщает мне инструктор. – Ничего страшного, на него уже помочились.

– Моя работа! – хвастается Райан, но, заметив меня, бледнеет и отходит, вернее, отпрыгивает в сторону.

– Похоже на жгучую медузу, – продолжает инструктор. – Через пару дней пройдет, если у него нет аллергии на яд. Обойдется!

– Одно дело – физические страдания, – бормочет, как в бреду, Джуд, – а другое – когда на тебя мочатся.

– Давай-ка домой. – Тейлор подставляет брату плечо. – Уложим тебя, обложим льдом…

При первом же шаге Джуд вскрикивает.

– Больно идти? – Тейлор, похоже, сама вот-вот расплачется.

Чтобы не стоять столбом и не ждать, пока ее слезы прожгут у меня в груди дыру, я наскоро обуваюсь, пренебрегая носками и шнурками, вздыхаю и вступаю в дело.

– Он на мне.