Мой учитель Лис

— А шо это за юный поц?

— Мой помощник и секретарь, ой вей, неужели сразу не видно?

— Таки вы ждёте, шоб я извинился перед молодым человеком?

— Шо-то говорит мне, что мы компенсируем эту некрасивую ситуацию другим образом, но вы меня понимаете?

О, эти двое, похоже, отлично понимали друг друга, а вот я, прошу прощения за тавтологию, ни черта не понимал! Что, получается, мой учитель на самом деле еврей?! Или вот именно это он называет «умением разговаривать с людьми»? Ладно, ладно, молчу, в конце концов, моя задача состоит в том, чтобы сидеть и писать, а все личные вопросы можно отложить на потом.

— Таки посмотрите сюда. — Лис сунул под нос барсуку рисунок мистера Капура. — Оно вам что-то говорит? Если нет, ну так, может, хотя бы слегка в чём-то напоминает детали?

— Может быть, но, клянусь Моисеем, где мои очки?

— Таки вот, мои вам не подойдут?

— Хм, — сказал мистер Мингельшухер, водружая на нос серебряные очки моего учителя. — Да лопни мои глаза, если я в упор не видел той огранки?!

— Таки где, когда, у кого?

— Вы забыли спросить «сколько?».

— Ой, я вас умоляю, шоб мы, два взрослых человека, и не смогли договориться? — Месье Ренар хладнокровно выложил перед барсуком полфунта.

— Шоб вас так дети кормили, если это оно всё?!

— А всего лишь опознать огранку уже стоит больше?

— Вы хотите ранить меня иглой в самое сердце? — патетически взмахнул лапами наш гость, незаметно опуская очки за пазуху. — Шо делать, как жить, кругом одни воры, и я уже почти согласен, озвучьте же ваши серьёзные условия?

Честное слово, ни разу до этого момента мне не приходилось конспектировать диалог двух лиц, состоящий в массе своей из одних вопросительных предложений.

Эти двое словно бы издевались надо мной, отрепетированно и единогласно, ничего толком не говоря, но самым толстым образом на всё намекая. В общем, если взять всё это и хорошенько выжать суть, то получается, что барсук видел алмаз Шести Раджей, ему принесли камень на оценку два джентльмена, один запуганный, другой очень нервный. Драгоценность предлагалось купить на двадцать процентов ниже номинала.

Ушлый торговец сразу распознал весомую выгоду и, профессионально торгуясь, сумел понизить цену до сорока процентов от рыночной. Но даже в этом случае собрать столь сумасшедшую сумму в течение суток было попросту невозможно. Опытный в таких делах барсук Мингельшухер вытребовал себе отсрочку на три дня, якобы для сбора средств. За окном лавки стоял кеб с чёрным возницей, который и увёз обоих продавцов.