Мой учитель Лис

Не знаю, не уверен, поэтому и не буду спорить.

Он вдруг резко встал, с хрустом потянулся и решительно обернулся ко мне."

"— Подключи заряд к своим ботинкам. Rogatk’а вряд ли понадобится. Не думаю, что нас ждёт серьёзная опасность, тем не менее, пока ты был в своей комнате, я отправил телеграмму инспектору Хаггерту. Возьми мой саквояж, через десять минут мы выдвигаемся в наше временное жилище. И уж будь добр, не поворачивайся спиной к их управляющему.

— Я запомнил, сэр. — Мне оставалось так же быстро встать и кинуться исполнять приказ.

По невероятному стечению обстоятельств, везению или, что куда вернее, по заранее оговоренному времени паровой кеб казака Фрэнсиса уже стоял на мостовой. Донской жеребец вежливо приподнял шапку:

— Здорово вечеряли, Лисицын! Опять хлопчика к чёрту в зубы тащишь?

— Тебя не спросили, — в том же шутливом тоне отрезал мой учитель, распахивая передо мной дверцу кеба. — Твоё дело не копытом землю рыть, а от доставить товарищей, куда им карты выпали, хоть в казённый дом, хоть в дорогу дальнюю.

— А то ж я против?! Забирайтесь, домчим с песнями.

— Можно без песен? — взмолился я.

Лис и конь обменялись недоуменными взглядами, словно я попросил генерала Нельсона попрыгать со мной вокруг ёлки на одной ноге, закрыв ладонью один глаз.

— Ох, ладно, прошу прощения. Не знаю весь ваш донской репертуар, но, если можно, что-нибудь тихое и лиричное.

— Со всем нашим старанием, — от всего сердца вздохнул рыжий жеребец, дождался, пока мы сели, поддал пару, дёрнул за рычаг и, когда наш транспорт двинулся с места, тихо запел:

Не бойся, дивчина,А я так не приду!Объеду РоссиюИ краше найду!Объехал я Россию,Эх, да все города,А не нашёл краше,Чем та сирота…И вы знаете, вот эти немудрёные строчки песни о любви, о высокомерии, о том, как два сердца могут быть одновременно исполнены глупой гордости, а потому никогда не смогут биться вместе, в унисон, и два человека уже никогда не будут счастливы, вдруг запали мне в душу.

Я словно впервые понял, как самые сложные человеческие чувства могут быть выражены самыми простыми словами.

— Сэр, нам выходить. Сэр?

Он не слышал меня, не слышал никого, по его рыжим щекам текли настоящие крупные слёзы.