Мой сводный идеал

Но ответ Кости убил меня.

― Ты думаешь она вот так возьмет и сознается? Ясное дело, что твоя Одинцова скажет, что не было такого разговора. Тась, мой отец сделал все что было в его силах. Он слишком занятой человек, чтобы тратить время на поиски иголки в стоге сена.

Я в полном отчаянии побрела по коридору к кабинету информатики. Пара началась примерно десять минут назад, и я отчетливо понимала, что Троян выставит меня за дверь. В рюкзаке лежала практическая работа, которую я не сдам и получу два балла плюсом к пропуску…

Настроение было препаршивейшим.

И тут за спиной послышался голос.

― Тася, постой!

Обернувшись, увидела бегущего ко мне Руслана. Он был взволнован и почему-то тоже прогуливал занятия.

― Перестань избегать меня, ― остановившись напротив, сказал он и, чтобы выровнять дыхание, сделал глубокий вдох. ― Тась, давай поговорим, чтобы нам обоим не было еще больнее.

― Больнее? ― громко переспросила я и, прищурившись, просверлила его взглядом.

В этот момент внутри все закипело, к щекам прильнула кровь, во мне как зерна попкорна начали взрываться вспышки ярости.

― Куда еще больнее? ― крикнула я на весь коридор. ― Вы ― Князевы, как проклятье для меня! Из-за одного меня всю жизнь гнобили, а теперь чуть не убили. Из-за второго я совершаю поступки, за которые мне потом больно и стыдно. Я ненавижу вас! Обоих! ― прошипела я, испепеляя его взглядом. ― И знаешь, что? В тот день, когда ты поцеловал меня, а потом ушел в ванную, приходила твоя Лика. Да-да, она стояла прямо на пороге твоего дома и хотела увидеть тебя.

― Врешь! ― Руслан сморщил губы, его плечи поднимались от быстрых вдохов.

― Это чистая правда, ― ледяным тоном подтвердила я. ― Я хотела сделать тебе так же больно, как сделал мне ты.

В тот момент мне показалось, что Руслан выпал из реальности. Он, пошатываясь, сделал пару шагов назад и схватился за голову. Затем растерянно забегал глазами по коридору, вытащил из кармана джинсов мобильник, покрутил его в руке, убрал обратно и… поднял на меня взгляд, от которого мне захотелось спрятаться.

Наверное, если б в этот момент он открыл рот, то из него точно бы вырвались языки пламени.

Не отводя от меня взгляд полный ненависти и боли он со всей силы ударил кулаком в стену, затем развернулся и пошел прочь.

Я смотрела на кровь, оставленную на белой стене и хотела одного: провалиться под землю.