Мой похититель (СИ)

Вадим Палыч молодец!

— Спасибо…

— Может, вы поспать хотите? Или позвонить кому?

— Я… — всё ещё не могу до конца осознать всё, что произошло. Как только вспоминаю о перестрелке, так внутри всё холодеет. Что, если люди отца выиграют в этой схватке? Что, если они кинутся за нами в погоню? Боже… мне нужна помощь… Но я не знаю, к кому обратиться, я… совсем одна, без телефона, и…

— А вы могли бы посмотреть кое-что в интернете? — внезапно в голову приходит идея.

— Да, конечно, что нужно?

— Наберите «Охранное агентство»… — вспоминаю точное название компании Демида, брата Яра.

Людмила Васильевна надевает очки, вбивает нужное в поиск, а потом выдаёт мне несколько телефонов.

— Спасибо вам! Спасибо огромное!

— Кстати, — она понижает голос. — Хочу вас предупредить о том, что при огнестреле врачи обязаны сообщить в полицию, так что участковый через пару часов будет тут. Сможете написать заявление на того, кто сделал это с вашим молодым человеком.

Прикрываю глаза и медленно киваю.

В последующие полчаса мне удаётся узнать номер Демида, и я оставляю ему взволнованное сообщение на автоответчик.

Пью обжигающий чай, и с каждым глотком чувствую, как понемногу спадает напряжение.

Через час ко мне спускается доктор и сообщает о том, что операция не из лёгких, но нам повезло, и никакие важные органы не были задеты.

Я прохожу в смотровую. После нескольких вопросов и беглого осмотра мы доходим до…

— А когда у вас были последние месячные?

И тут через замутнённое страхом, стрессом и адреналином сознание проглядывает солнечный луч.

Накрываю низ живота ладонью, и прошу:

— Вы не могли бы сделать мне узи?

Глава 53

Ярослав

Белый потолок с обшарпанной штукатуркой то приближается, то, наоборот, отдаляется. Пульсирует точно также, как и моё отяжелевшее тело.

Наверное, ад должен выглядеть как-то иначе?

Не тешу себя мыслью, что после смерти смогу претендовать на что-то иное.

Нет. Я знаю своё место. Знаю, что заслужил его как никто. Хотя, Зверь, возможно, занял бы котёл погорячее, но и для меня у чертей давно припасено что-то особенное.

Однако, этот грязновато-серый цвет никак не соотносится с моими представлениями о вечных муках.

Я, ведь, умер?

Чувствовал, что не жилец.