Мой первый круиз

Я тут же учуяла запах табака. Интересно, какое укромное местечко он выбрал на нашем участке и заметил ли меня с незнакомой собакой в обнимку? Я внимательно посмотрела на брата, но он стоял с невозмутимым видом, всячески показывая маме, что никуда и не уходил. Все ясно: меня не заметил, все мысли были только о том, как бы не спалиться. Маму мы все боялись как огня.

– Ты где весь вечер пропадала? – строго спросила мама, чистя картофель.

– Была на пробежке, – ответила я чистую правду.

Мама смерила меня подозрительным взглядом.

Она хотела еще что-то сказать, но тут донесся пронзительный визг Лены. У меня тут же сердце ушло в пятки.

Сестра влетела на кухню с белой блузкой в руках.

– Эта собака… – начала она, и я решила, что щенок уже попал на глаза моей сестре.

Но когда Лена продемонстрировала громадные дыры на блузке, поняла, что дело еще хуже. Но если это самоед, то когда он успел и как выбрался с чердака?

– Что случилось? – тут же встрепенулась мама и отложила нож.

– Испортил мою нарядную блузку! Мне завтра встречаться с невестой! – громко возмущалась Лена.

От ее визга у меня заложило уши. – Я не желаю, чтобы эта собака оставалась в нашем доме!

После пламенной речи Лена сердито поджала губы. Точно так же делал и Валера, когда сильно злился. Мои старшие брат и сестра – двойняшки. Валера старше Лены на четырнадцать минут. Внешне они похожи: оба рыжие, голубоглазые, с озорными веснушками. Только Валера у нас молчун, а Лена – звезда. Впадает в истерику по поводу и без. Слишком шумная, деятельная и острая на язык.

Она нас с Валерой с самого детства подавляет. Хотя мне в этом плане немного проще, я ведь младше, а вот Валера мучается с сестрой на целых пять лет дольше.

И все-таки нужно уточнить один важный момент, поэтому я подала голос:

– Про какую конкретно собаку ты сейчас говоришь?

Мама, сестра и брат посмотрели на меня как на полоумную.

– Ты издеваешься? – снова вскипела Лена. – Про Чокопая твоего, про кого ж еще!

В эту минуту и сам Чокопай соизволил посетить кухню.

Как ни в чем не бывало, цокая по ламинату когтями, прошел мимо нас к своей миске и стал громко лакать.

– Нет, ну вы посмотрите, какая наглая морда! – процедила сквозь зубы Лена.

– Просто он чувствует ваше к нему негативное отношение, поэтому пакостит, – встала я на защиту Чокопая.

– Ой, бедненький! – завелась снова Ленка. – Чувства его задели! Может, его к психотерапевту еще записать? Мы нанесли ему какие-то травмы?

– Так и есть! Мне же он ничего не портит.